В сражениях за Москву танки стали применяться на передовой

БИТВА ЗА МОСКВУ
Постановлением Государственного Комитета обороны СССР от 6 июля 1941 года механизированные корпуса расформировывались. Вместо них формировались отдельные танковые и мотострелковые дивизии сокращённого состава с подчинением их командующим

Кто сжег Москву

Кто сжег Москву
2 (14) сентября 1812 года, как пишет историк Р.М. Зотов, «в день, навсегда плачевный для воспоминания русских, армия снялась с лагеря при Филях в три часа пополуночи и вступила в Москву чрез Дорогомиловскую заставу, чтобы, пройдя весь город, выйти в Коломенскую.

Приложение 2. ВОЕННАЯ РАЗВЕДКА И БИТВА ЗА МОСКВУ

Битва на реке Лех (Битва под Аугсбургом)
955 год
Тяжелыми выдались VIII–X века для народов Западной Европы. VIII век – борьба с арабскими нашествиями, отразить которые удалось лишь ценой огромного напряжения сил. Почти весь IX век прошел в борьбе с жестокими и победоносными

Битва за Москву. Эхо Халхин-Гола и великое декабрьское контрнаступление

Битва за Москву. Эхо Халхин-Гола и великое декабрьское контрнаступление
Война против СССР уже не выглядела увеселительной прогулкой (а может быть, именно поэтому), хотя Гитлер настаивал на том, что военные действия надлежит поскорее победоносно завершить.– Наши успехи,

Битва за Сталинград. Ржевская битва как прикрытие и отвлекающий фактор

Битва за Сталинград. Ржевская битва как прикрытие и отвлекающий фактор
12 июля 1942 года решением Ставки Верховного Главнокомандования был сформирован Сталинградский фронт под командованием маршала С. К. Тимошенко, перед которым была поставлена задача не допустить

Кто сжёг Москву?

Кто сжёг Москву?
Все современники дружно свидетельствуют, что пожары в Москве начались в первый же вечер вступления французов, часов в 8–9 пожар вспыхнул в нескольких местах на Солянке, в Китай-городе и около нового Гостиного двора (находившегося около Кремлёвской стены

Невзоров Битва за Москву

Б. Невзоров
Битва за Москву

Борис Невзоров. Кандидат исторических наук. Автор публикаций по истории битвы за Москву.
ГАСПАРЯН: Еще совсем недавно, казалось бы, что в теме «Оборона Москвы. Декабрь 1941 года» не может быть никакого двусмыслия, все было просто и понятно.

Кто улетел в Москву

Кто улетел в Москву
Согласно первой, которую рассказал в своей книге «ОСНАЗ — войска особого назначения» Валентин Воронов, «силовую» операцию по его захвату спланировал Иван Золотарь, а подготовительную работу провел сам Петр Лопатин. Это и понятно, ведь перебежчик стал

КОМАНДИРОВКА В МОСКВУ[7]

ВОЗВРАЩЕНИЕ В МОСКВУ
После этой беседы «Гейне» переправили в Минск, откуда он должен был вылететь самолетом через линию фронта, прыгнуть с парашютом, а дальше добираться до Москвы. В Минске его поселили на частной квартире, в которой проживали несколько соседей, и в

КОМАНДИРОВКА В МОСКВУ
Выдвижению Дж. Хилла на ответственный пост представителя МИ-6 в Москве способствовал премьер-министр У. Черчилль, протежировавший Хиллу и присвоивший ему звание бригадного генерала. Несмотря на роль Хилла в «заговоре Локкарта», Москва согласилась

«УДЕРЖИМ ЛИ МОСКВУ?»

«УДЕРЖИМ ЛИ МОСКВУ?»
13 октября утром у Щербакова прошло срочное собрание московского актива. Задача — сформировать хоть какие-нибудь части и бросить на защиту города. Первый секретарь предложил собрать в районах столицы роты и батальоны из коммунистов и комсомольцев,

«МОСКВУ НЕ ВЗЯТЬ!»

«МОСКВУ НЕ ВЗЯТЬ!»
В октябре 41-го кавгруппа Доватора в составе 16-й армии Западного фронта вела ожесточенные оборонительные бои на шоссе Белый—Ржев, прикрывая отход стрелковых частей на волоколамском направлении. Затем она провела ряд наступательных боев в районах

БИТВА ЗА ОРЕЛ — РЕШАЮЩАЯ БИТВА ЛЕТА 1943 ГОДА

БИТВА ЗА ОРЕЛ — РЕШАЮЩАЯ БИТВА ЛЕТА 1943 ГОДА
Вторая мировая война — крупнейший конфликт в истории, величайшая трагедия, поставленная человеком на ее сцене. В громадных масштабах войны отдельные драмы, которые составляют целое, легко могут затеряться. Долг историка и его

Героический подвиг воинов-панфиловцев. Худ. В. Е. Памфилов

Второй этап немецкого наступления на Москву

Положение дел на русском фронте в первой половине ноября 1941 года обсуждалось в немецкой Ставке у Гитлера, а затем на совещании начальников штабов групп армий в Орше, куда приехал начальник Генштаба сухопутных войск Гальдер.

План «Тайфун» (Московская операция) не был выполнен, несмотря на огромные усилия и большие потери. Общая ситуация в ходе войны против СССР также породила неожиданные осложнения. Русский «глиняный» колосс почему-то не рухнул, упорно держался и даже яростно контратаковал. Лёгкой прогулки на Востоке не было.

Настроения германского генералитета стали меняться.

В первой половине ноября 1941 года германское командование подтянуло на московское направление до 10 дивизий и произвело перегруппировку сил. 3-я танковая группа Гота была выведена с калининского направления и сосредоточена севернее Волоколамска. 2-я танковая армия Гудериана на тульском направлении усилена двумя армейскими корпусами, подвижные соединения пополнены танками. 4-ю полевую армию Клюге усилили танками непосредственной поддержки пехоты.

Для второго этапа генерального наступления на Москву немцы только в полосе Западного фронта развернули 51 дивизию, включая 17 танковых и моторизованных.

Гитлеровцы по-прежнему имели превосходство сил по отношению к советским войскам Калининского, Западного и правого фланга Юго-Западного фронтов (ЮЗФ) в живой силе, артиллерии и танках. Особенно враг имел большое превосходство на флангах Западного фронта (ЗФ), где наносил главные удары своими бронетанковыми соединениями. Здесь превосходство по танкам было 6–7-кратным, немцы также преобладали в бомбардировочной авиации.

В итоге немецкое командование бросило в бой все имеющие войска группы армий «Центр» в надежде, что силы русских уже истощены и ослаблены прежними боями. Что нужен последний решительный штурм и Москва падёт. Никаких существенных резервов у немцев не было.

Немецкие танки Pz. Kpfw. IV, Pz. Kpfw. III и бронетранспортеры Sd. Kfz. 251 из состава 3-й танковой группы во время наступления на Москву в районе Истры. 25 ноября 1941 г.

Укрепление обороны Москвы

Советская Ставка также готовилась к решающей схватке за Москву.

Столицу подготовили к борьбе. Боевой дух армии, военно-политической верхушки и народа был подкреплён 6 ноября торжественным заседанием Моссовета и 7 ноября – парадами на Красной площади в Москве, в Куйбышеве и Воронеже. Сталин, как великий вождь и жрец, сказал великие слова: «Наше дело правое – победа будет за нами!» («Наше дело правое – победа будет за нами!»). «Пусть вдохновляет вас в этой войне мужественный образ наших великих предков – Александра Невского, Димитрия Донского, Кузьмы Минина, Димитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова!» («Война, которую вы ведёте, есть война освободительная, война справедливая»).

Московское направление продолжали усиливать дивизиями и резервами, которые перебрасывали с других направлений, фронтов и из глубины страны. В первой половине ноября только ЗФ получил 100 тыс. человек, 300 танков и 2 тыс. орудий. Подкрепления шли и на Калининский, правый фланг ЮЗФ. Усиливался и второй эшелон обороны столицы – Московская зона обороны. В ближайшем тылу формировались запасные армии: 1-я ударная – в районе Загорска (ныне Сергиев Посад), 10-я – в районе Рязани, 20-я – в районе Лобни и Химок.

Таким образом, Красная армия на московском направлении, в отличие от противника, могла нарастить силы фронтов и имела существенные резервы в тылу. Более того, советская Ставка смогла направить часть сил на ленинградское и ростовское направления.

Кавалеристы 2-го гвардейского корпуса генерал-майора Л. М. Доватора под Москвой. Ноябрь-декабрь 1941 г.

«Танки шли напролом»

15–16 ноября 1941 года вермахт возобновил наступление на Москву. Германское командование собиралось расчленить московскую группировку, окружить Москву с севера и юга, захватить её.

Гитлеровцы наносили главные удары на трёх направлениях. 3-я и 4-я танковые группы, усиленные пехотой, прорывались в Клин, Солнечногорск и Истру в обход столицы с северо-запада. Здесь натиск противника сдерживали войска 30-й армии Калининского фронта (КФ) и 16-й армии ЗФ. Наши войска не имели сплошной обороны, и противник имел серьёзное превосходство в силах и средствах.

В центре ЗФ наступала 4-я полевая армия, здесь оборонялись 5-я, 33-я и 43-я армии. На юго-западе на Москву наступала 2-я танковая армия, которая штурмовала Тулу (Гудериан не прошёл: героическая оборона Тулы), и прорывалась к Кашире. Фашистам противостояли здесь советские 49-я и 50-я армии. На северном и южном флангах группы армий «Центр» наступление поддерживали 9-я и 2-я полевые армии.

15 ноября наступавшая на северо-западе мощная немецкая группировка продвинулась на 10–12 км, тесня отчаянно сражавшиеся части 30-й армии генерала Хоменко. На следующий день гитлеровцы продолжили давление. 17 ноября немцы пытались перерезать шоссейную и железную дорогу Москва – Ленинград в районе Клина. Ситуация на стыке КФ и ЗФ резко ухудшилась. Для удобства управления 30-ю армию передали в состав ЗФ. Её командующим назначили генерала Лелюшенко.

Передовые немецкие части 11-й танковой дивизии под Волоколамском, в ста километрах от Москвы.В кадре – немецкий танк Pz.Kpfw. III

Подвиг панфиловцев

16 ноября ожесточенные бои шли на правом фланге ЗФ в полосе 16-й армии генерала Рокоссовского, особенно на её левом фланге.

Здесь в районе Волоколамска держала оборону 316-я стрелковая дивизия и курсантский полк. После сильной артиллерийской подготовки и авиаударов в атаку пошли немецкие танки, поддержанные пехотой.

316-я дивизия под началом генерала Ивана Панфилова была сформирована летом 1941 года из призывников и добровольцев в г. Алма-Ате. В августе её перебросили под Новгород, в октябре – под Москву, где дивизия заняла Волоколамский УР.

Дивизия была растянута тонкой линией на большом участке. Поэтому необстрелянная дивизия Панфилова была усилена мощной артиллерией: 3 пушечных артиллерийских полка РВГК, 3 артиллерийско-противотанковых полка, также на этом участке действовала часть группы артиллерии дальнего действия 16-й армии и другие артиллерийские части. Периодически дивизию поддерживала 4-я танковая бригада Катукова. Также использовалась тактика артиллерийских засад и создание групп истребителей танков, что позволяло дивизии сдерживать жестокий натиск превосходящих сил противника.

Однако в жестоких октябрьских боях 316-я дивизия понесла большие потери в живой силе и матчасти и оставила Волоколамск. Сильно поредевшие полки дивизии заняли оборону восточнее и юго-восточнее Волоколамска.

Дивизию Панфилова атаковали танки немецких 2-й и 11-й танковых дивизий (около 350 танков), поддержанные солдатами одной пехотной дивизии. А в советской дивизии после тяжелых октябрьских боев почти не осталось средств противотанковой обороны.

Так, 1075-й стрелковый полк, оказавшийся на самом танкоопасном направлении, имел всего два 76-мм орудия и четыре противотанковых ружья. Немцы бросили в атаку на этом участке около 50 танков. Основной удар противника в этот день приняли 4-я и 6-я стрелковые роты 2-го батальона 1075-го полка. Советские воины оборонялись у разъезда Дубосеково и д. Петелино. Обе роты панфиловцев стойко сражались, отражая танковые атаки с помощью гранат и бутылок с зажигательной смесью.

Так, политрук 6-й роты Петр Вихрев вместе с 14 бойцами уничтожил у деревни Петелино до взвода фашистов и пять танков. Даже когда все погибли, политрук продолжал сражение. Вихрев бутылками с горючей смесью и гранатами лично сжёг ещё два танка. Он отстреливался до последнего, и когда его окружили гитлеровцы, он, чтобы не попасть в плен, покончил с собой. Вихрев – первый в дивизии получил звание Героя Советского Союза.

Наиболее массированным атакам подверглись позиции 4-й роты во главе с капитаном Павлом Гундиловичем и политруком Василием Клочковым. Слова Клочкова разошлись по всей России:

«Отступать некуда, позади Москва!»

В течение четырёх часов советские бойцы сдерживали атаки противника. Они отразили несколько атак, сожгли, по разным данным, от 9 до 18 танков и положили несколько сотен гитлеровцев. Большинство совершивших этот подвиг воинов, включая Клочкова, погибли смертью храбрых. Несколько человек получили тяжелые ранения. На счету двух рот было 24 танка противника.

Особый отдел НКВД Западного фронта отмечал:

Командир 316-й стрелковой дивизии генерал-майор Иван Васильевич Панфилов (слева), начальник штаба Иван Иванович Серебряков и старший батальонный комиссар Сергей Александрович Егоров обсуждают план боевых действий на передовой

Попытка опровергнуть подвиг

Бой под Дубосеково попал в историю как подвиг 28 панфиловцев.

Стараниями военных корреспондентов о подвиге советских воинов узнала вся страна. Герои-панфиловцы стали символом мужества, отваги и самопожертвования. В июле 1942 года 28 участникам этого боя, которые тогда считались погибшими, было присвоено звание Героя Советского Союза.

Позже, уже в советское время, возникли споры в точности описания боя, в цифрах потерь и уничтоженных танков. Выяснилось, что роты целиком не погибли, были раненые и пленные. Один панфиловец – Иван Добробабин, кого считали погибшим в бою под Москвой, попал в плен и стал полицаем на немецкой службе. А в современной России, где активно множились прозападные, либеральные и «чёрные» мифы, поливающие грязью историю СССР в целом и Великую Отечественную войну, вообще договорились до того, что боя вообще не было, и его придумали в пропагандистских целях.

Однако документальные факты, которые приводят добросовестные исследователи, показывают, что знаменитый бой был.

В частности, в докладе главного военного прокурора СССР Николая Афанасьева «О 28 панфиловцах» от 10 мая 1948 года приведены слова бывшего командира 1075-го стрелкового полка Ильи Капрова:

«В этот день у разъезда Дубосеково в составе 2-го батальона с немецкими танками дралась 4-я рота, и действительно дралась геройски. Из роты погибло свыше 100 человек, а не 28, как об этом писали в газетах».

То есть бой был.

Существовали реальные люди, которые приняли смертельный бой. Да, полегло больше, и не все погибли, их было больше, чем 28, но разве это умаляет их подвиг!?

А журналист «Красной звезды» Александр Кривицкий, рассказавший стране о подвиге панфиловцев, на момент написания знаменитой статьи (напечатанной 28 ноября 1941 года) по объективным причинам имел лишь часть информации.

Мемориал «Героям-панфиловцам» у разъезда Дубосеково

Немцы после яростного боя смяли оборону 1075-го полка. Наши войска отошли на новый рубеж обороны. Полк, в сущности, был разгромлен.

В наиболее пострадавшей 4-й роте из 140 бойцов осталось 20–25 человек. На других участках бой также был упорным и кровавым. 17 ноября дивизия Панфилова награждена орденом Красного Знамени.

18 ноября немцы вклинились в оборону 316-й дивизии, вышли к штабу дивизии в д. Гусенево. В ходе миномётного обстрела погиб генерал-майор Иван Васильевич Панфилов. В тот же день дивизия получила звание гвардейской – преобразована в 8-ю гвардейскую стрелковую дивизию.

В итоге в ходе боев 16–20 ноября на волоколамском направлении 316-я дивизия, кавалерийская группа генерала Доватора, 1-я гвардейская бригада Катукова (получила гвардейское звание 11 ноября) и другие части задержали наступление 46-го и 40-го моторизованных, 5-го армейского корпусов противника.

Враг продолжал наступление, непрерывно атаковал и теснил наши войска.

«Мы вынуждены были пятиться, – отмечал Рокоссовский, – За три дня непрерывного боя части армии местами отошли на 5–8 км. Но прорвать оборону нигде немцам не удавалось».

Германское командование, убедившись, что на волоколамском направлении прорваться не выйдет, продолжая атаки и медленно, по 2–3 км в сутки, продвигаясь, начало готовить новый удар южнее Истринского водохранилища.

Тяжелые бои продолжались.

На клинском и солнечногорском направлениях ситуация была крайне опасной. 23 ноября гитлеровцы взяли Клин, затем обошли водохранилище и захватили Солнечногорск. Кавгруппа Доватора пыталась контратаковать, но силы были слишком неравными.

На северном фланге фашисты продолжали теснить войска 16-й армии и её соседей – 30-ю и 5-ю армии. Гитлеровцы прорвались в район Дмитров – Яхрома – Красная Поляна – Крюково. Передовые части противника вышли к каналу Москва – Волга в районе Яхромы, 26–27 ноября форсировали канал. Возникла угроза прорыва вермахта к Москве с севера. Немцы оказались непосредственно у столицы.

28 ноября фашисты захватили Рогачёво и Яхрому. Крюково неоднократно переходило из рук в руки. Однако немцы так и не смогли раздавить 16-ю армию. Обескровленная в боях армия Рокоссовского умудрялась контратаковать, сдерживала врага. Немцы ещё продолжали медленно теснить наши войска, но прорваться вглубь не могли.

В итоге немецкая группировка также утратила ударную мощь, свежих соединений и резервов, чтобы завершить успех, у группы армий «Центр» не было.

27 ноября генерал-квартирмейстер Генштаба сухопутных войск Вагнер докладывал Гальдеру:

«Наши войска накануне полного истощения материальных и людских сил».

А советская Ставка направила на правое крыло ЗФ резервную 1-ю ударную армию Кузнецова. Её войска развернулись на восточном берегу канала Москва – Волга перед Яхромой и отбросили врага на западный берег.

Наступление гитлеровцев захлебнулось.

Военнослужащие вермахта (197-я пехотная дивизия) стоят у тел погибших солдат во время наступления на Москву. На заднем плане находится кладбище, на котором роют новую могилу для массового захоронения. Ноябрь 1941 г.

Боевое применение бронетанковых войск и характер их задач в битве под Москвой зависели от ряда объективных факторов, среди которых определяющую роль играли: превосходство противника в танках, ограниченный парк боевых машин в составе наших бронетанковых войск и их организационная раздробленность.

К началу наступления немецко-фашистких войск на Москву бронетанковые войска Западного, Брянского и Резервного фронтов имели большой некомплект и намного уступали врагу в количественном отношении.

Между тем противник на московском направлении сосредоточил 14 танковых и 8 моторизованных дивизий. Имея свои танковые соединения в трех оперативных группах, немецко-фашистское командование обеспечило значительное превосходство в танках на направлениях главных ударов.

Нужно заметить, что невыгодное для нас соотношение по танкам по существу сохранилось в течение всей Московской битвы. Даже при переходе в контрнаступление мы не имели превосходства в танках и только в результате тяжелого поражения гитлеровцев в декабре и начале января нам удалось изменить положение в свою пользу.

Основные силы противника, наступавшие на Москву, действовали против войск Западного фронта. Однако средняя оперативная плотность в танках и на этом фронте была очень низкой. Она равнялась — 2,1 танка на 1 километр фронта в период обороны и 0,9 танка в контрнаступлении. В полосе некоторых армий максимальная плотность в обороне достигала 3,5 танка, в контрнаступлении — 4 танка. На направлениях главных ударов в ходе контрнаступления на отдельных участках удалось создать максимальную плотность до 5 — 6 танков на 1 км фронта.

Невыгодное соотношение сил по танкам усугублялось крайне сложной для наших войск обстановкой. Бронетанковым войскам Западного и Брянского фронтов в это время приходилось и участвовать в нанесении контрударов по прорвавшимся подвижным соединениям противника, и прикрывать отход общевойсковых армий на новые рубежи, и оборонять совместно со стрелковыми дивизиями и артиллерией Можайский рубеж.

Контрудар в полосе Западного фронта был нанесен в период 3 — 5 октября силами фронтовой оперативной группы под командованием генерала В. И. Болдина, в состав которой входили две стрелковые, две танковые (107-я и 101-я) дивизии и две танковые бригады (126-я и 128-я), всего около 300 танков. Группа получила задачу нанести удар по прорвавшемуся противнику в стыке 30-й и 19-й армий и во взаимодействии с 31-й армией восстановить фронт обороны по Днепру. В течение трех дней части группы отбивали многочисленные атаки пехоты и танков, неоднократно подвергаясь ударам с воздуха. Группа генерала В. И. Болдина сорвала замысел врага по расширению прорыва в центре Западного фронта, но из-за недостатка сил не смогла выполнить поставленную задачу.

На южном крыле Брянского фронта в первых числах октября контрудар по прорвавшимся танкам врага должна была нанести оперативная группа фронта генерала А. Н. Ермакова. Она состояла из двух стрелковых дивизий и двух танковых бригад (121-я и 150-я). Однако по своим силам эта группа была не в состоянии остановить наступление немецкого танкового корпуса. Фактически она лишь прикрывала отход 13-й армии фронта.

В период восстановления организованного фронта на Можайской линии обороны танковые бригады использовались для прикрытия отхода общевойсковых частей на этот рубеж и удержания узлов обороны на основных магистралях, ведущих к Москве. С этой целью из резерва Ставки на важнейшие направления были выдвинуты: в район Гжатска — 18-я и 19-я танковые бригады; в район Медынь, Калуга — 9-я и 17-я танковые бригады; в район Калинина — 8-я и 21-я танковые бригады. Они включались в состав армейских групп прикрытия отхода или получали самостоятельные задачи наносить из засад сильные огневые удары по врагу и срывать его попытки использовать шоссе для броска к Москве.

К середине октября Западный фронт был усилен восемью танковыми и двумя механизированными бригадами (360 танков). Брянский Фронт получил две танковые бригады и сводный танковый батальон (126 танков). Всего на московском направлении к этому времени имелось 12 танковых и 3 механизированные бригады, в составе которых насчитывалось 639 танков, в том числе 279, или 43,6 % средних и тяжелых. Это была значительная сила. Однако наши танковые части были распылены по огромному фронту (от Калинина до Ефремова), тогда как противник использовал свои танки в компактных группах. Действия наших танковых войск в то время сильно осложнялись почти полным отсутствием прикрытия с воздуха и слабым материально-техническим обеспечением, так как имевшиеся средства ремонта, эвакуации и подвоза не обеспечивали нормальной работы танков. Все это снижало боевую эффективность танковых частей и соединений.

Танковые войска решали и другие весьма ответственные задачи. Например, при обороне войсками Западного фронта можайских рубежей танковые бригады наряду с действиями в составе боевых участков получали задачи по обеспечению стыков и флангов армий. При этом им нередко приходилось самостоятельно вести борьбу с танками противника. Выполнение таких задач требовало от танковых соединений исключительной активности, способности к маневру на широком фронте, потому что разрывы между армиями в октябре колебались от 15 до 25 км. В первую очередь прикрывались подступы к крупным населенным пунктам и шоссейные дороги. Действия танковых бригад по обеспечению стыков армий принимали различные формы. Важнейшими из них были: самостоятельная оборона на широком фронте; патрулирование группой танков вдоль дорог и действия из засад; последовательное удержание рубежей методом маневренной обороны и контратаками. Но поскольку обстановка в ходе боя быстро менялась, то танковые бригады переходили от одной формы действий к другой или сочетанию их.

Самостоятельная оборона на широком фронте, к которой прибегало большинство танковых соединений, занималась, как правило, вне непосредственного соприкосновения с противником. Участок выбирался с учетом характера местности, наличия перед передним краем и на флангах естественных препятствий. Боевой порядок соединения обычно состоял из одного эшелона и небольшой группы танков в качестве резерва. Вперед высылалась разведка, а перед передним краем находилось боевое охранение. Если позволяла обстановка, батальонные районы усиливались огневыми средствами армий, на второстепенных направлениях создавались ложные позиции. Иногда танковым бригадам придавалось до полка пехоты, до дивизиона противотанковой артиллерии и до роты саперов. В этом случае оборона строилась на нормальном фронте, готовились оборонительные позиции, легкие танки выводились во второй эшелон. На второстепенные направления высылались отдельные танки для патрулирования и группы саперов с целью минирования дорог и мостов.

При подходе противника артиллерия, танки первого эшелона и истребители танков мотострелкового батальона вели сосредоточенный огонь по его танкам с близких дистанций. Если им удавалось прорваться через передний край, они контратаковались резервом. Командир танковой бригады стремился в первую очередь восстановить положение на переднем крае. В том случае когда это не удавалось, танки содействовали выходу пехоты из боя и отходу ее на новый рубеж обороны. В отдельные дни танковые бригады отражали по несколько атак. Выходили из боя чаще всего ночью. Затем, производя перегруппировку, занимали новый рубеж.

Танковые бригады при действиях на широком фронте применяли огневые удары из засад небольшими группами танков. Следует отметить, что определенной системы в организации засад в тот период еще не было и некоторые танковые командиры считали действия из засад «кустарщиной», не отвечавшей природе танков. Общевойсковые командиры зачастую требовали от танкистов непрестанных маневров и контратак по методу «увидел — атакуй». Это приводило к тому, что танковые бригады быстро обескровливались, а наши стрелковые части без поддержки танков не выдерживали удара превосходящих сил врага и вынуждены были отходить.

В целом в период нашей обороны на Можайской линии танковые войска сыграли весьма значительную роль. Их командиры проявили много разумной инициативы и творчества в боевом применении танков. Самостоятельная оборона на широком и нормальном фронте, действия из засад в сочетании с контратаками явились в той обстановке целесообразной формой использования бронетанковых войск в оборонительных боях с превосходящим по силам противником.

В конце октября и в первой половине ноября обстановка на московском направлении несколько улучшилась. Наша оборона стала более устойчивой в результате развития в глубину, создания вторых полос, а также выделения небольших армейских и фронтовых резервов. Стабилизация ее сделала ненужной частые переброски танковых бригад с одного направления на другое. Большая часть танков размещалась на танкоопасных направлениях, составляя основу противотанковых районов. Некоторые бригады занимали оборону на второй армейской полосе и совместно с резервом армий и фронта использовались для нанесения контратак.

Танковые бригады, действовавшие в главной полосе обороны, получили возможность более тесного взаимодействия с пехотой и артиллерией. Об этом наглядно свидетельствует опыт использования их при обороне Дороховского и Каменского противотанковых районов.

Основу Дороховского противотанкового района составляли 20-я и 22-я танковые бригады, артиллерийский противотанковый полк. Танки группами по две-три машины совместно с двумя-тремя орудиями занимали позиции на окраинах населенных пунктов и опушках рощ. Впереди них на широком фронте оборонялись части 50-й стрелковой дивизии генерала Н. Ф. Лебеденко. На восточной окраине Дорохово находилась ударная группа командира 22-й танковой бригады, состоявшая из батальона средних танков, батареи противотанковой артиллерии и средств обеспечения бригады.

Такое построение боевого порядка обеспечивало противотанковое прикрытие Дороховского узла дорог с запада. Однако нечеткое взаимодействие между засадами и пехотой на первых порах отрицательно сказалось на стойкости обороны; гитлеровцы уклонились от лобовой атаки Дорохово и обошли танковые засады с юга. Ударная группа 22-й танковой бригады контратаковала прорвавшегося противника и остановила дальнейшее продвижение его танков на восток. Танки же, находившиеся в засадах, вместо восстановления положения на фронте 50-й стрелковой дивизии продолжали вести огонь с места, а затем, сменив позиции, отошли на новый рубеж. В последующем эта ошибка была исправлена. Прибывшие из резерва Ставки 82-я мотострелковая дивизия и 25-я танковая бригада получили задачу во взаимодействии с 22-й танковой бригадой атаковать врага в Дорохове. В результате он был отброшен на 10 км. Налаженное взаимодействие 20-й, 22-й и 25-й танковых бригад с пехотой 82-й мотострелковой дивизии в дальнейшем обеспечило прочную стабилизацию обороны 5-й армии в этом районе.

Еще более эффективным оказалось взаимодействие танковых частей с пехотой при обороне Каменского противотанкового района, который занимал по фронту 10 км и в глубину 12 км. Передний край обороны, проходивший по северному берегу Нары, занимали части 10-й воздушно-десантной бригады и 93-й стрелковой дивизии. На второй позиции в засадах находились танки 24-й танковой бригады. Во второй полосе армии системой засад оборонялась 9-я танковая бригада. Кроме основных позиций, для танков были построены ложные и запасные позиция, впереди засад оборудована полоса заграждений и противотанковых препятствий. Все засады имели связь как между собой, так и с командным пунктом командира бригады. В его резерве находился батальон легких танков, которому были заранее определены направления для контратак. Хорошо было организовано взаимодействие танковых засад с резервом и с впереди оборонявшейся пехотой.

Оборона Каменского противотанкового района оказалась весьма успешной и непреодолимой для противника до перехода наших войск в контрнаступление. Отсюда можно сделать вывод, что в условиях ограниченных сил и средств действия танковых бригад из засад вполне себя оправдали. При этом наиболее эффективными были действия танков в тех случаях, когда засады строились не в линию, а шахматным порядком, когда их позиции тщательно маскировались от наземного и воздушного наблюдения, а на подступах к засадам устраивались заграждения: когда имелась постоянная связь между засадами, ударной группой и впереди оборонявшейся пехотой.

Для нанесения контратак с целью улучшения оперативного положения армий обычно назначались две-три танковые бригады, усиленные пехотой и артиллерией. При этом в отличие от контратак с ходу проводилась короткая подготовка — разведывались противник и местность, организовывалось взаимодействие танков с пехотой и артиллерией. Боевой порядок танков состоял из 2 — 3 эшелонов, что обеспечивало повышенную плотность танков на 1 км фронта. В конечном счете, успех решался согласованными действиями танковых бригад. Так был организован контрудар 16-й армии в районе Скирманово 8 — 11 ноября, когда 4-я, 27-я, 28-я танковые бригады, разгромив до двух полков противника, овладели его сильным опорным пунктом. Действия этих бригад ставились в пример всем бронетанковым частям фронта, а 4-я танковая бригада приказом народного комиссара обороны от 12 ноября 1941 г. была преобразована в 1-ю гвардейскую танковую бригаду.

В первой половине ноября 1941 года бронетанковые поиска Западного фронта получили значительное пополнение (58-я и 112-я тд, 8-я, 21-я, 23-я, 32-я, 33-я, 108-я, 31-я и 145-я тбр), а их боевой состав увеличился почти вдвое. Однако превосходство в тапках оставалось за врагом. Инициатива действий пока также принадлежала ему. 15 — 16 ноября гитлеровцы возобновили свое наступление на Москву, стремясь охватить ее с обоих флангов. Наиболее характерными в использовании танковых войск Западного фронта в этот период были действия из засад в сочетании с контратаками; действия в составе оперативных групп армий при обороне важных рубежей и пунктов; нанесение контрударов в составе оперативных групп армий и фронта на рубежах развертывания резервных армий.

Поучительным примером организации танковых засад является использование танковых бригад при отражении ожесточенного натиска противника вдоль Волоколамского шоссе в период 16 — 20 ноября 1941 г. Здесь танковые бригады были расположены в три эшелона: 1-я гвардейская и 27-я прикрывали шоссе засадами на рубеже Чисмена, Покровское, Язвище; 23-я и 28-я — на рубеже Шапково, Федюково, Давыдково; 33-я — в Ново-Петровское. Общая глубина засад достигала 20 км. Ударные группы бригад находились в укрытиях на окраинах населенных пунктов, что обеспечивало более прочное удержание важных опорных пунктов на шоссе и удобство нанесения контратак.

Танковые засады на Волоколамском шоссе (16 — 20 ноября 1941 года)

Новое в построении танковых засад на этом направлении заключалось не только в увеличении глубины расположения засад, но и в более тщательной увязке их действий между собой, и в особенности с пехотой. Танковые бригады в оперативном отношении были подчинены командирам общевойсковых соединений, которые являлись организаторами взаимодействия и между танковыми бригадами. Например, 1-я гвардейская и 27-я танковые бригады действовали совместно со 2-м гвардейским кавалерийским корпусом Доватора, 28-я и 33-я танковые бригады — с 18-й стрелковой дивизией, 23-я танковая бригада — с 8-й гвардейской стрелковой дивизией. Танковые бригады в тесном контакте с пехотой и конницей в течение пяти дней отражали многочисленные атаки танков противника, нанося огневые удары с места в сочетании с контратаками ударных групп. Глубокое построение засад создавало возможность ведения более длительной обороны.

После частичной перегруппировки войск 16-й армии 21 ноября 27-я и 28-я танковые бригады были объединены генералом М. Е. Катуковым с подчинением непосредственно командарму. В таком составе эта группа получила задачу самостоятельно занять оборону на рубеже Назарово, Ядромино и обеспечить выход из боя кавалерийского корпуса. Фронт ее обороны достигал 14 км. Командир группы решил оборонять рубеж танковыми засадами, расположив их в один эшелон с промежутками между засадами 1,5 — 2 км. Всего было создано 7 таких засад по 3 — 4 танка в каждой. Расстояния между ними были заняты спешенными кавалеристами и прикрывались противотанковой артиллерией. Из-за недостатка танков ударная группа не создавалась. В течение дня, танковая группа Катукова, обороняясь на широком фронте, отбила несколько атак, обеспечив выполнение задачи.

В ночь на 23 ноября танковые засады этой группы заняли оборону на новом рубеже (Зорино, Холщевники) с задачей прикрытия отхода 18-й и 8-й гвардейской стрелковых дивизий на восточный берег Истры. На этот раз засады были расположены не в линию, а в шахматном порядке. Подчинив себе остатки танков 23-й и 33-й танковых бригад, генерал М. Е. Катуков создал сильный резерв и подготовил его силами контратаки па нескольких направлениях. Стрелковые части под прикрытием этой группы вышли из боя и заняли оборону на восточном берегу Истры и Истринского водохранилища. Танковая группа отошла последней и заняла оборону бригадами в боевых порядках пехоты. Объединение нескольких танковых бригад в оперативные группы армий для выполнения одной задачи отражало стремление найти более эффективные формы борьбы с танками противника. Кроме группы генерала М. Е. Катукова в конце ноября были созданы армейские группы различного состава для выполнения отдельных задач. Например, группы Ф. Д. Захарова и Г. И. Хетагурова — для обороны городов Клина и Дмитрова; группы П. Г. Чанчибадзе, Ф. Т. Ремизова, Шурова — для удержания важных рубежей обороны до подхода резервных дивизий, конно-механизированные группы Л. М. Доватора, П. А. Белова и оперативные группы А. И. Лизюкова, М. Г. Ефремова и И. Г. Захаркина — для нанесения контрударов по наступавшему противнику на рубеже развертывания резервных армий.

Боевой порядок оперативных групп при нанесении контрударов состоял из двух эшелонов, артиллерийских групп и резерва. В первом эшелоне действовали танки, во втором — конница. При неблагоприятных условиях местности они менялись местами. Вследствие того, что подготовка контрударов проходила в ограниченные сроки, времени на организацию взаимодействия между частями внутри группы не хватало, артиллерийская и авиационная подготовка не проводилась. По существу это были контрудары с ходу. Но, несмотря на это, они давали существенные результаты. Например, контрудар группы Л. М. Доватора юго-западнее Солнечногорска сорвал план противника, стремившегося расколоть оборону 16-й армии и ввести в прорыв свежую танковую дивизию. Контрудар группы П. А. Белова под Каширой сорвал планы гитлеровцев овладеть переправами на Оке у Серпухова и Каширы. Контрудары групп А. И. Лизюкова и И. Г. Захаркина в районе Красной Поляны и Ревякино (северо-восточнее Тулы) ликвидировали прорыв на этих направлениях и вынудили противника к отходу. Контрудары оперативных групп, слившись с контрударами резервных армий, привели к окончательному срыву наступления гитлеровцев и обеспечили переход инициативы на сторону советских войск на широком фронте.

Состояние бронетанковых войск на московском направлении к концу ноября заметно изменилось. Западный фронт получил пятнадцать отдельных танковых батальонов и свыше 100 танков на усиление действующих бригад. Пополнились небольшим количеством танков и переходившие в контрнаступление войска Калининского и Юго-Западного фронтов. Всего в составе наших трех фронтов имелись 1 танковая дивизия, 17 танковых бригад и 20 отдельных танковых батальонов, насчитывавших 1 068 танков против 1 050 танков противника.

Таким образом, в конце ноября немцы потеряли превосходство в танках. Но при нанесении контрударов 1 — 5 декабря танковые войска Западного фронта понесли значительные потери, а резервные армии в своем составе танковых бригад не имели. Вследствие этого к моменту перехода в контрнаступление враг сохранил в полосе Западного фронта небольшой перевес в танках — 980 против 720. Даже на направлениях главных ударов мы не имели превосходства в танках. Например, на правом крыле фронта (30-я, 1-я ударная, 20-я и 16-я армии) в составе девяти танковых бригад и шести отдельных танковых батальонов насчитывалось 290 танков. Противник в этой же полосе сосредоточил около 400 танков. На левом крыле фронта (10-я, 50-я и 49-я армии) в составе одной (112-й) танковой дивизии, двух танковых бригад и четырех отдельных танковых батальонов было 140 танков против 300 танков противника.

Следовательно, на 6 декабря 1941 г. гитлеровцы превосходили нас в танках на правом крыле Западного фронта в 1,3 раза, на левом крыле — в 2 раза, а в полосе некоторых армий еще больше. Средняя оперативная плотность в танках в полосе 30-й и 50-й армий равнялась 0,8 танка на 1 км фронта, в полосе 1-й ударной армии — 1,5 танка. В составе ударной группы Юго-Западного фронта имелись две танковые и одна мотострелковая бригады, всего 30 танков. В 31-ю армию Калининского фронта входили лишь два отдельных танковых батальона (143-й и 159-й).

Отрицательно сказалось то, что в советских бронетанковых войсках продолжали преобладать легкие танки, действия которых в многоснежную зиму 1941 г. вне дорог по сушесгву исключались. В связи с морозами, доходившими в отдельные дни декабря до 25 — 28 градусов, требовался большой расход горючего на подогрев двигателей, затруднялась работа с механизмами танка. Особенно остро стоял вопрос с организацией танко-технической службы. Ремонтные и транспортные средства танковых бригад и общевойсковых армий не справлялись с задачей восстановления. В начале декабря на предприятиях Москвы находилось на ремонте свыше 200 танков Западного фронта. Подвижные запасы большинства танковых бригад равнялись 2 боевым комплектам, 2 — 2,5 заправкам. Это обеспечивало непрерывные действия танков в течение 2 — 3 суток.

Танковые бригады и отдельные танковые батальоны при переходе в контрнаступление получали задачи на прорыв совместно с пехотой и успешной обороны и разгром опорных пунктов, в которых противник пытался закрепиться. Для осуществления прорыва они придавались стрелковым дивизиям и бригадам. Последние выделяли танки группами по 5 — 7 машин стрелковым полкам. В резерве командира стрелковой дивизии обычно оставалась небольшая ударная группа танков и мотострелковый батальон танковой бригады, использовавшийся в качестве танкового десанта. Дробление танковых бригад и отдельных батальонов между полками стрелковых дивизий отвечало обстановке, хотя и не обеспечивало создания сильного кулака на направлении главного удара стрелковой дивизии.

Некоторые командиры стрелковых дивизий при прорыве обороны применяли танковую бригаду компактно на направлениях главного удара дивизии, совместно со стрелковым полком. Фронт прорыва равнялся 1,5 — 2 км. При использовании танковой бригады на самостоятельном направлении ей обычно придавался стрелковый батальон и до дивизиона артилерии. Фронт прорыва равнялся 1 000 — 1 500 м. Боевой порядок бригады состоял из двух линий танков, артгруппы и резерва. В первой линии наступали тяжелые или средние танки, во второй — легкие танки с десантом автоматчиков. Дистанция между танковыми эшелонами, не превышала 200 — 300 м. Мотострелковый батальон бригады оставался в резерве командира бригады.

Передний край обороны на правом крыле фронта был прорван в первый же день нашего контрнаступления. Однако в дальнейшем при борьбе за населенные пункты, упорно обороняемые противником, отрицательно сказывались низкие плотности артиллерии при прорыве, а также ограниченные сроки артиллерийской подготовки атак. Особенно упорные бои шли за Рогачево, Яхрому, Красную Поляну, Крюково, превращенные в сильные узлы сопротивления. Бои не затихали ни днем, ни ночью. Только 8 декабря наши войска овладели этими пунктами и вынудили противника к отходу. Таким образом, на правом крыле Западного фронта поспешная оборона была прорвана в течение двух с половиной дней на глубину от 8 до 15 км со средним темпом прорыва 3 — 6 км в сутки. Наивысший темп прорыва был достигнут на участке 30-й армии.

На левом крыле вследствие наличия больших разрывов в расположении врага в полосе действия 10-й армии, а также в результате отхода его северо-восточнее Тулы (на участке 50-й армии) прорыв поспешно занятой обороны осуществлялся лишь силами подвижной группы генерала П. А. Белова. Перешедшие в контрнаступление войска 50-й и 10-й армий не позволили гитлеровцам зацепиться за крупные населенные пункты.

Преследование противника войсками Западного фронта началось 9 — 10 декабря, как только обнаружился его отход. От танковых бригад высылались передовые отряды в составе трех-четырех танков с десантом. Такие отряды были высланы от 8-й танковой бригады в Ямугу с целью перехвата шоссе Клин — Завидово, от 31-й и 24-й танковых бригад для перехвата шоссе севернее и южнее Солнечногорска, от 9-й танковой бригады на Сталиногорск, от 17-й танковой бригады на Истру. О характере действий этих отрядов дает представление опыт передового отряда 31-й танковой бригады. В 9.00 10 декабря 1941 г. отряд в составе пяти танков (одного КВ, трех Т-34, одного БТ) и взвода автоматчиков в качестве десанта выступил по маршруту Рождественно, Кочергино, Хметьево, Дубинино с задачей перерезать шоссе Южнее Солнечногорска. Уничтожив до роты пехоты, отряд в 12.00 овладел деревней Кочергино, в 15.00 — деревней Хметьево, в 16.00 ворвался в Дубинино, перерезав сообщение противника по шоссе. За шесть часов боевых действий передовой отряд углубился в его расположение до 20 км. Однако действия таких отрядов в силу их малочисленности и тяжелых климатических условий не получили в это время должного развития.

Широкое применение в ходе преследования противника получили армейские подвижные группы из танков, пехоты и конницы. В середине декабря в составе Западного франта действовали: на участке 30-й армии — группы полковников П. Г. Чанчибадзе и П. А. Ротмистрова, 16-й армии — группы генералов Ф.Т. Ремизова и М. Е. Катукова, 5-й армии — группы генералов Л. М. Доватора и И. Константинова, 50-й армии — группа генерала В. С. Попова, 10-й армии — группа генерала В. А. Мишулина. Кроме них в полосе фронта действовала фронтовая группа генерала П. А. Белова. Подвижные группы, как и в оборонительный период, по составу были неоднородны. Они создавались из действующих частей на данном направлении. Например, группа Чанчибадзе, имевшая задачу глубокого охвата клинской группировки, состояла из 107-й мотострелковой дивизии и 145-го отдельного танкового батальона; группа Ремизова, получившая задачу обойти истринскую группировку с севера с последующим преследованием противника на волоколамском направлении, насчитывала в своем составе три танковые и одну стрелковую бригады (24-я, 31-я, 145-я тбр и 17-я сбр).

Во второй половине декабря условия для использования танков изменились. После потери крупных опорных пунктов Завидово, Клин, Солнечногорск, Истра и других (на правом крыле фронта) и промежуточного рубежа обороны по рекам Дон и Шат (на левом крыле) противник начал поспешно отводить свои изрядно потрепанные ударные группировки на запад. Его отход прикрывался сильными арьергардами, богато оснащенными артиллерией и автоматическим оружием. Они седлали узлы дорог в крупных населенных пунктах, превращенных врагом в узлы сопротивления. Подступы к населенным пунктам минировались. Сами населенные пункты приспосабливались к длительной обороне. В таких условиях бронетанковые войска использовались главным образом в составе армейских подвижных групп, имевших задачи преследования гитлеровцев в обход их опорных пунктов.

Характер действий подвижных групп отличался разнообразием тактических форм. Например, при осуществлении преследования на Волоколамском направлении от групп высылались разведка, передовые отряды, отряды обеспечения движения и охранения. Преследование велось по двум маршрутам в двухэшелонном построении войск. В первом эшелоне находились две танковые бригады, во втором — стрелковые бригады и средства усиления. Резерв групп не выделялся. Захват населенных пунктов осуществлялся передовыми отрядами с ходу. При сильном сопротивлении от передового отряда создавалась штурмовая группа, главные же силы подвижной группы продолжали преследование противника в обход этого пункта. Выход глазных сил группы на важный естественный рубеж осуществлялся на широком фронте с выделением специальных отрядов обеспечения на фланги.

Крупными населенными пунктами подвижные группы овладевали чаще всего с ходу, применяя маневр на окружение с глубоким охватом одного или двух флангов. Так были освобождены города Солнечногорск, Волоколамск, Лихвин, Перемышль, Плавск, Руза. При неудаче атаки с ходу группа приступала к подготовке штурма города. Вместе с подвижной группой в уличных боях принимали участие общевойсковые соединения. Так, подвижные группы В. С. Попова и П. А. Белова во взаимодействии с частями 50-й и 10-й армий освободили Калугу и Козельск.

Однако при использовании армейских подвижных групп не всегда учитывались различная подвижность отдельных частей групп (танки, конница, пехота), ограниченная возможность маневра их в зимних условиях. Отрицательно сказывалось и отсутствие специальных органов управления групп. Нередко группы получали задачи на самостоятельные действия, которые они без поддержки пехоты и артиллерии не могли выполнить.

В целом создание таких групп для организации преследования являлось правильным решением в использовании бронетанковых войск фронта. Выполнение поставленных им задач можно было обеспечить только при точном определении направлений их действий. Фронтальное преследование сочеталось с глубоким вклинением в «расположение противника на параллельных путях отхода» (действия групп Л. М. Доватора, В. С. Попова и П. А. Белова).

Командование подвижных групп в этот период проявило много творческой инициативы, новаторства и командирской сметки. Только благодаря этому ему удавались при отсутствии артиллерийского и авиационного обеспечения, часто в условиях бездорожья и трудностей в снабжении достигать высоких темпов преследования противника (в отдельные дни до 40 км в сутки). К концу декабря подвижные группы нуждались в пополнении и техническом обслуживании. Однако в силу того что заменить их было нечем, а обстановка требовала развития контрнаступления, подвижные группы продолжали использоваться при значительном снижении их боевых возможностей. В результате темпы контрнаступления на всех направлениях снизились, а на правом крыле фронта в конце декабря оно было временно прекращено.

При развитии наступления в январе — феврале 1942 г. резко сократился состав бронетанковых войск Западного направления. Часть танковых бригад из-за потери боевых машин была выведена из боя. Противник в полосе этих фронтов сосредоточил около 300 танков. Формально мы имели некоторое превосходство в танках. Фактически наши стрелковые дивизии оказались без танковой поддержки. Состав танков в подвижных группах фронта и армий сильно сократился, из-за чего их успех развить было нечем. Наступление фронтов замедлилось, а в конце марта было приостановлено.

В целом бронетанковые войска сыграли значительную роль в разгроме немецко-фашистских войск под Москвой. Танковые командиры всех степеней оказались способными творчески подойти к использованию бронетанковых войск. За самоотверженные героические действия 4-я, 8-я и 9-я танковые бригады, 107-я, 82-я мотострелковые дивизии были преобразованы в гвардейские.