Культура состоит из и К вопросу об определении термина «культура»

К ВОПРОСУ ОБ ОПРЕДЕЛЕНИИ ТЕРМИНА «КУЛЬТУРА»

Важинский Николай Павлович, кандидат философских наук, Запорожский национальный университет, заведующий кафедрой дизайна и искусств.

Аннотация. Рассматриваются трудности с определением термина «культура». Доказывается, что детерминирующим фактором культуры является мировоззрение, которое формирует соответствующий образ жизни.На основе нового методологического подхода определяется термин «культура».

Ключевые слова: культура, мировоззрение, образ жизни, методология, культурология.

Эта мысль советского философа-марксиста Г. И. Ойзермана имеет огромное методологическое значение. Применительно к рассматриваемой проблеме ее можно обобщить и перефразировать следующим образом: Если какая бы-то ни было философия не в состоянии осмыслить феномен культуры и определить термин «культура», то она ничего не стоит.

Необходимо отметить, что этот тезис требует еще большего обобщения, так как философия составляет научно-теоретическое, методологическое ядро мировоззрения. А если так, то и любое мировоззрение ничего не стоит, если оно не дает оснований для осмысления феномена культура:

В этих высказываниях уже просматривается основополагающая троица «мировоззрение (философия) — практика — культура». В этой тройке есть все для определения термина «культура». Однако для понимания триединства еще должно было пройти время, должно было возникнуть тринитарное мировоззрение, чтобы прийти к определению термина «культура» на новой мировоззренческой основе.

Приоритет в определении культуры принадлежит Э. Тайлору:

Э. Тайлор невольно положил начало стремительному «клонированию» определений. Если с 1871 по 1919 гг. американские культурологи А. Кребер и К. Клахон насчитали всего семь определений культуры, то с 1920 по 1950 гг. появилось еще 157 определений данного понятия. А известный французский ученый А. Моль насчитывает уже свыше 250 таких определений, различающихся не только по форме, но и по содержанию. В средине 50-х гг. Г. Беккер и А. Басков насчитали уже 257 различных и часто противоположных определений культуры. В этих дефинициях культура — это социальная общность, органическое целое, традиции, набор всех реальностей (обычаи, привычки, социальные институты, образ жизни, экономика и т. п.), поведение, система идей, ценностей, передача социального опыта путем обучения, наличие духовного начала, языка, письменности и т. п. Эти стороны и попытались собрать в своем итоговом определении А. Кребер и К. Клахон:

Вторая попытка в этом направлении принадлежит Э. С. Маркаряну, который дает так называемое «интеграционное» определение:

Нетрудно догадаться, что за «результатами деятельности» и «совокупностью материальных и духовных ценностей» скрываются марксистско-ленинские «продукты материального и духовного труда», а за «жизненными смыслами субъекта» и «процессом создания и распределения материальных и духовных ценностей» — марксистско-ленинская «система социальных норм и учреждений». Как оказалось декларация независимости и независимость от марксизма это не одно и то же.

В таком случае цель должна заключаться не в нахождении точного определения, а в построении концепции понятия культуры.

К концу ХХ в. культурологи приходят к выводу, что разнообразные попытки дать определение культуры не могут удовлетворить нас в полной мере. Методологическая беспомощность с годами становится поражающей. Можно сказать, что история культуры и история культурологии — это история мировоззренческо-методологической беспомощности обществоведческой науки. К чему

только не сводили культуру: и к тем или иным «отдельным данностям»; и к технологическому срезу социальной жизнедеятельности, и к ценностям, и к знаковым и коммуникативным структурам, и к миру творчества, и к институализированным формам межличностного общения, и к искусственным способам, типам, традициям исторической практики людей и т. д. Были и различные подходы (семиотический, технологический, аксиологический, гуманитарный), были и концепции (структурно-функционалистская, символическая, религиозная, фрейдистская, этносоциологическая, антропологическая), и тенденция соотнесения культуры с человеческой деятельностью, с ее результатами, либо со всем многообразием ее видов, либо с технологической основой человеческой деятельности, либо главным образом с активной творческой деятельностью людей, было и аксиологическое понимание: ценностные, институциональные и знаковые элементы межчеловеческих связей; единство всего того, в чем воплощены, реализованы ценности, признаваемые людьми (человеком, группой, классом, нацией) и т. п.

Что же касается аксиологического понимания, то оно вошло в противостояние с дескриптивным. История показала, что отказ от аксиологических оснований при концептуальном выделении феномена культуры, абсолютизация дескриптивного модуса, приводит к вульгарному материализму, ограничивает исследование реалий культуры процедурами описания. Другая крайность приводит к кризису аксиологического подхода, выразившемуся в неспособности «уложить» имеющееся многообразие культурных особенностей в единую ценностную шкалу. Возникла новая, противостоящая ему концепция эквивалентных культур, т. е. культурный релятивизм, рассматривавший множественность культур как доказательство их неповторимости и несравнимости между собой. Абсолютизация релятивизма, в свою очередь, исключила всякую общность культур. Подводя итоги, можно процитировать М. С. Кагана:

Критерий «культура — натура» объединяет советского философа с представителями «буржуазной культурологии» А. Тойнби, Б. Малиновским и советскими культурологами, отождествляющими культуру с технологией воспроизводства человеческого общества, что представляет собой деятельностную интерпретацию функциональной теории культуры Б. Малиновского, где культура понимается как ответ на природный вызов, так или иначе представленный в потребностях человека. Постепенно идея «овладения природой» сменяется идеей обживания природы, сотрудничества с ней. В таком контексте культура характеризует человека с точки зрения образа жизни, отличающего человека от животных, т. е. человеческого образа жизни.

Нужно отметить, что сейчас мы подошли к основополагающей связи — «культура и образ жизни», требующей соответствующего внимания. Культурологи, исследующие взаимосвязь культуры и образа жизни, разделились по вопросу широты понятий на три лагеря:

Л. Н. Коган, Н. И. Иванова, Давидович А. Е. и др. считают, что понятие «образ жизни» оказывается более широким по объему, чем понятие «культура», поскольку последняя характеризует лишь одну — человеческую сторону деятельности людей, а не всю систему ее сторон и черт.

Другие авторы определяют культуру как включающую в себя образ жизни:

А представитель третьего подхода А. В. Азархин не без оснований отождествляет культуру и образ жизни:

Существуют и попытки интегрировать все три подхода в едином понимании культуры и образа жизни:

Последняя фраза свидетельствует о том, что ее авторы почти определили термин «культура». Они проникли в суть взаимоотношений культуры и образа жизни, но мировоззрение марксизма-ленинизма не позволило им сделать последний шаг. Сделать этот шаг им также мешала неопределенность термина «образ жизни». Несмотря на то, что понятие «образ жизни» формировалось только на материалистическом фундаменте марксизма-ленинизма, философы-материалисты к единому пониманию не пришли. Образ жизни как многогранное общественное явление, по мнению авторов, имеет сложную структуру с такими основными элементами: условия труда людей; условия быта, включая принятые в обществе способы использования свободного времени и формы семейной жизни; сложившиеся отношения между личной и общественной жизнью, формы общественной деятельности.

Исследование образа жизни исключительная прерогатива советских философов. Западные социологи (М. Вебер, А. Адлер, Т. Веблен, У. Уоррен и др.) исследуют стиль жизни как критерий социальной дифференциации, как фактор, интегрирующий данную социальную группу и одновременно выступающий барьером, препятствующим переходу из одной группы в другую. Мнение советских философов, с которым трудно не согласиться, относительно соотношения стиля жизни и образа жизни однозначно — «стиль жизни» есть частный случай «образа жизни».

Подводя итоги изысканий советских философов в области соотношений «культура — образ жизни», приходим к выводу: попытки разрешить противоречие «материальное — духовное» в пользу материального нельзя однозначно признать удачными, несмотря даже на прямые заявления:

А критикуемые Л. Н. Коганом «исследователи образа жизни» полагают, что к духовным основам советского образа жизни следует отнести: совокупность идей, взглядов (политических, правовых, философских, эстетических и др.), необходимых для функционирования общества, накопленных людьми знаний и умений, ценностей науки и искусства, нравственных принципов и норм, регулирующих деятельность людей, их поведение, а также определенные системы образования, воспитания, средства массовой информации, их материальные основы, необходимые для духовной жизни людей.

Такая ситуация сложилась в советской философии по признанию самих философов в силу того, что понятие духовности является одним из наиболее трудно уловимых. Оно не имеет жестких связей с социальным статусом человека, особенностями его морфологической структуры, приверженностью к определенной идеологии. Философский анализ данного понятия значительно затрудняется еще и тем, что оно стоит в одном ряду с такими родственными понятиями как «дух», «душа», «духовная жизнь», «сознание», «психика», «интеллигентность» и т. п. Выход из сложившейся ситуации предлагает А. В. Азархин:

А. В. Азархин пока единственный ученый, обративший внимание на взаимосвязь «культура -мировоззрение = духовность — образ жизни», в то время как взаимосвязь «культура -мировоззрение» привлекает все большее внимание исследователей. Основоположником этого научного течения следует признать Хорева Н. В., который заметил, что в современную эпоху все более ощущается возрастание роли мировоззрения:

Материалы Всесоюзной научно-практической конференции «Формирование научного мировоззрения основа комплексного воспитания» показывают, что для ее участников связь между культурой «как совокупностью современных норм и ценностей» и мировоззрением «как системой взглядов на объективный мир и место в нем человека» несомненна. Более того, «сама культура немыслима вне определенного мировоззренческого ядра», поскольку «мировоззрение -самосознание культуры, ее теоретическая рефлексия». На конференции выяснилось, что личность преломляет культуру и мировоззрение как минимум двояко:

Была подвергнута сомнению и марксистско-ленинская методология:

Состояние понятийно-категориального аппарата культурологии является свидетельством ее методологических проблем:

Вот именно: Если существует культурология, то должно существовать и определение культуры. Если не существует определения культуры, то не существует и культурология.

Похожее мнение и у другого авторитетного исследователя:

Хотя тут же дается объективная оценка: «О предмете и месте культурологии в системе научного знания не сложилось единого мнения». Эту же мысль разделяет и Д. А. Силичев, указывая (хотя и робко) и причины:

Более последователен в этом плане П. А. Сапронов:

Мысль весьма объективная, заслуживающая того, чтобы взять ее на вооружение: Культурология сегодня не является научной дисциплиной.

Эта мысль не голословна и автор ее убедительно развивает:

«Смутность и неопределенность образа культурологии — свидетельство не в ее пользу. Каждый вправе усомниться в гносеологическом статусе, полноте реальности и даже самой реальности ее существования. Действительно, что это за дисциплина, чья предметная сфера часто неуловима на уровне внятных формулировок и для самих культурологов. Еще более далек от очевидности метод культурологии. Уже одни эти свидетельства дают основания для утверждения о том, что культурология в традиционном для науки смысле вовсе не существует».

И пути выхода из кризиса в этом высказывании намечены достаточно четко — они в нахождении «внятных формулировок», а начинать необходимо с определения термина «культура», несмотря на то, что «во всей культурологии нет темы в большей степени проблематичной и дискредитировавшей себя, чем тема «понятие (или определение) культуры».

Авторы приведенной цитаты так и не поняли, что они уже «увидели» путь к определению культуры. Но диалектический материализм не допускает существования именно «того третьего», а допускает существование только двух диалектических противоположностей — материи и сознания (материальное и духовное). И эти две категории можно определить только одна через другую. Марксизм и мысли не допускает, что может быть что-то третье, что единство этих противоположностей как раз и есть то третье. И это третье и есть тем явлением, которое философы определяют как «БЫТИЕ», наполняя его сугубо материальным содержанием и противопоставляя Сознанию (Бытие определяет Сознание). Однако «БЫТИЕ» является триединой категорией, которую можно в первом приближении свести к такой формуле:

БЫТИЕ = СОЗНАНИЕ « МАТЕРИЯ

Должно было пройти время, чтобы понять триединство этих феноменов построения Мироздания. Рассмотрение этих фундаментальнейших категорий выходит за рамки данной статьи. Однако необходимо понять, что эта троица является основной формулой триединства Мироздания, а потому все, что существует в Мироздании, подчинено этой формуле. Это относится и определению культуры:

КУЛЬТУРА ЕСТЬ МИРОВОЗЗРЕНИЕ, РЕАЛИЗОВАННОЕ В ОБРАЗЕ ЖИЗНИ

Это определение, сведенное до формулы, выглядит так:

КУЛЬТУРА = МИРОВОЗЗРЕНИЕ « ОБРАЗ ЖИЗНИ А теперь сравним эти две формулы:

БЫТИЕ = СОЗНАНИЕ « МАТЕРИЯ КУЛЬТУРА = МИРОВОЗЗРЕНИЕ « ОБРАЗ ЖИЗНИ

Триединство заключается в том, что БЫТИЕ не существует за гранью сознания и материи, а культура не существует за гранью мировоззрения и образа жизни. Образ жизни можно обозначить и как ПРАКТИКУ.

Параллели между БЫТИЕМ и КУЛЬТУРОЙ более чем допустимы, так как КУЛЬТУРА является единственно возможным способом БЫТИЯ ЧЕЛОВЕКА. А уже вопросы о том, насколько это бытие является культурным, это и есть задача, решаемая в рамках культурологии, которая и должна проследить все степени развития культуры и культур в сравнении. Продолжая анализ, определим, что параллель СОЗНАНИЕ — МИРОВОЗЗРЕНИЕ тоже природна, так как мировоззрение является разновидностью сознания, притом мировоззрение присуще только человеку. Можно сказать так: мировоззрение есть форма человеческого сознания. И последняя параллель МАТЕРИЯ — ОБРАЗ ЖИЗНИ тоже природна, поскольку образ жизни является единственным способом материализации мировоззрения.

Возвращаясь к К. С. Сарингуляну с его модусами, выразим ему благодарность за то, что его модусы дают нам возможность не тратить снова время на апробацию нашего определения культуры на всех пяти сотнях уже имеющихся. К. С. Сарингулян дает нам возможность «примерить» его модусы к нашей «тринитарной культурологической формуле», которую без излишней скромности нужно назвать «основной формулой культурологии», по аналогии с той, что связана с БЫТИЕМ, которую следует назвать «основной формулой философии».

Даже с первого взгляда становится понятным, что «аксиологический модус» есть не что иное, как явление присущее «мировоззрению». Именно мировоззрение содержит в себе критерии оценки культурных явлений. А «дескриптивный модус» — это бесконечность комбинаций реализации (воплощения) мировоззрения в образ жизни, это бесконечность комбинаций реализации мировоззрения на Практике. Развивая мысли К. С. Сарингуляна, выведем еще одну формулу, касающуюся исследований истории культуры: Культура — это единство и противоположность аксиологического и дескриптивного модусов.

Итак, дано определение культуры, которое без излишней скромности претендует на роль итогового. П. А. Сапронов сформулировал требование к любым определениям культуры:

Примерим выведенную формулу к данному высказыванию. Что касается «предметной реальности», то вряд ли мировоззрение можно отнести к таковой. А то, что мировоззрение может стать сферой исследований культурологов, то в этом нет сомнений. Возьмем, например, марксистско-ленинское мировоззрение, которое создало такую «непредметную реальность» как советский образ жизни, создавший в свою очередь такую «предметную реальность» как СССР, БАМ, Советская армия и т. д. со всеми вытекающими последствиями. Поэтому культуры в первую очередь нужно классифицировать по мировоззрениям и его разновидностям — марксистская, христианская (католическая, протестантская, православная) мусульманская (сунниты, шииты), буддистская (дзен, ламаизм), синтоистская, иудаистская и т. д.

А уже внутри их классификация будет идти по образу жизни, который корригируется национальностью и другими особенностями носителя той или иной культуры. «Предметная реальность» это рецидив марксистско-ленинского мировоззрения, если, конечно, не понимать под ней «предмет исследования» той или иной науки.

Возвращаясь к состоянию современной (нетринитарной) культурологии, образно говоря, можем констатировать, что до определения «основной тринитарной формулы культурологии», историю культурологии следует считать «утробным периодом» ее существования. И только с определением этой формулы состоялись «роды». Все существующие на сегодняшний день учебники, пособия, монографии по культурологии являются вступлением к истории культурологии. Однако любой ученый скажет, что история науки (например, математики) и наука (например, математика) — это не одно и то же. Это же касается и гуманитарных наук, а особенно философии, которая еще ждет своего рождения в тринитарном измерении.

Итак, вступление в тринитарную культурологию сделано. Некоторые положения данной статьи уже опубликованы в научной литературе на украинском языке. Практическим воплощением предложенной теории стал учебник по культурологии, написанный автором данной статьи. Учебник переведен на украинский язык и готовится к изданию.

1. Негодаев И. А. НТР и культура. — Ростов-на-Дону: Изд-во Рост-го ун-та, 1985. — с. 6.

2. Ойзерман Г. И. Марксистская концепция и ее буржуазные интерпретаторы // Философия культуры (XVII Всемирный философский конгресс). — М.: Знание, 1985. — С. 21.

3. Бабій Л. Т. Діалектика розвитку історичних типів культури (Філософсько-соціологічні проблеми). — Львів: Світ, 1991. — С. 3.

4. Боголюбова Е. В. Культура и общество (Вопросы истории и теории). — М.: МГУ, 1978. — С. 7.

5. Тайлор Э. Б. Первобытная культура. Пер. с англ. — М.: Политиздат, 1989. — С. 18.

6. Krober A., Kluchohn C. Culture: A Critical Review of Concepts and Definition/ — N. Y., 1952, р. 67.

7. Маркарян Э. С. Очерки теории культуры. — Ереван, 1969. — С 11.

8. Маркарян Э. С. Философские проблемы культуры. — Тбилиси, 1980. — С. 9.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

9. Основы марксистско-ленинской теории культуры: Учебник для вузов. — М.: Высш. школа, 1986.

10. Теорія та історія світової і вітчизняної культури: Курс лекцій. — К.: Либідь, 1992. — С. 11.

11. Теорія та історія світової і вітчизняної культури: Підручник. — Львів: Каменяр, 1992. — С. 5.

12. Сарингулян К. С. Культура и регуляция деятельности. — Ереван: Изд-во АН АрмССР, 1986. — С. 12 — 13.

13. Джиоев О. И. Проблемы культуры в марксистской философии // Культура в свете философии. -Тбилиси, 1976. -С. 20.

14. Розин В. М. Культура и проблема ее изучения // Методологические проблемы теоретикоприкладных исследований культуры: Сб. науч. тр./ НИИ культуры. — М., 1988. — С. 234 — 244.

15. Каган М. С. О месте науки в системе культуры // Наука и культура. — М.: Наука, 1984. — С. 19.

16. Проблемы философии культуры: опыт историко-материалистического анализа. — Мысль, 1984.

17. Азархин А. В. Мировоззрение и эстетическое развитие личности. — К.: Наукова думка, 1990. -С. 33.

18. Каракеев Т. Д., Тологонов Р., Есенкулов Б. Образ жизни и проблемы духовных потребностей. -Фрунзе: Илим, 1986. — С. 4.

19. Коган Л. Н. Культура в социалистическом образе жизни // Культура и социалистический образ жизни: (Сб. статей). — Свердловск: УНЦ АН СССР, 1980. — С. 4.

20. Азархин А. В. Мировоззрение и эстетическое развитие личности. — К.: Наукова думка, 1990. -С. 34.

21. Хорев Н. В. Философия и культура. Лекция. — М.: МГУ, 1978. — С. 4.

22. Ольшанский Д. В. Культура и пропаганда в формировании мировоззрения личности// Культура и мировоззрение: Матер. Всес. науч.-практ. конф. «Формирование научного мировоззрения основа комплексного воспитания». 17 — 18 апреля 1984 г. Вып. 1. — М., 1985. — С. 32 — 33.

23. Обидная С. Н. Актуальные методологические проблемы философской теории культуры в трудах ученых социалистических стран // Культура и мировоззрение: Матер. Всес. науч.-практ. конф. «Формирование научного мировоззрения основа комплексного воспитания». 17 — 18 апреля 1984 г. Вып. 1. — М., 1985. — С. 84.

24. Раге Ю. Н. Мировоззрение и метод в исследованиях объектов культуры // Культура и мировоззрение: Матер. Всес. науч.-практ. конф. «Формирование научного мировоззрения основа комплексного воспитания». 17 — 18 апреля 1984 г. Вып. 1. — М., 1985. — С. 19 — 22.

25. Чавчавадзе Н. З. Внешние и внутренние факторы развития культуры // Культура и общественное развитие. — Тбилиси: Мецниереба, 1979. — С. 5.

26. Ешин М. Б. Культура в системе общества // Культура в общественной системе социализма (Теоретические и методологические проблемы). — М.: Наука, 1984. — С. 8 — 55.

27. Гуревич П. С. Культурология. Учебное пособие. — М.: Знание, 1999. — С. 2.

28. Розин В. М. Введение в культурологию. Учебник для высшей школы. — М.: Издательский Дом «Форум», 1998. — С. 3.

29. Артановский С. Н. Историческое единство человека и взаимное влияние культур. — Л.: Просвещение, 1967. — С. 32.

30. Быстрова А. Н. Мир культуры (Основы культурологии). Учебное пособие. — М.: ИВЦ «Маркетинг»; Новосибирск: ООО «Изд-во ЮКЭА», 2000. — С. 4.

31. Петрова М. М. Теория культуры: Конспект лекций. — СПб.: Изд-во Михайлова В. А., 2000. — С.

32. Кравченко А. И. Культурология: Учебн. пособие для вузов. — М.: Акад. Проект, 2001. — С. 3.

33. Силичев Д. А. Культурология. Учеб. Пособие для вузов. — М.: «Изд-во ПРИОР», 2001. — С. 6.

34. Сапронов П. А. Культурология: Курс лекций по теории и истории культуры. — 2-е изд., доп. -СПб.: Лениздат; Издательство «Союз», 2001. — С. 3.

35. Культура и развитие человека: (очерк философско-методологических проблем). — К.: Наук. думка, 1989. — С. 9.

Структура культуры — строение культуры, состоящей из субстанциональных элементов (опредмечиваются в ее ценностях и нормах) и функциональных элементов (характеризуют процесс культурной деятельности, различные ее стороны и аспекты); включает в себя

сосуществующих между собой и составляющих единое целое. Кроме того в рамках культурологии сегодня исследуются и такие ее структурные элементы, как

В свою очередь каждый из элементов культуры может делиться на другие, более дробные.

Подробнее

Материалы сообщества доступны в соответствии с условиями лицензии CC-BY-SA, если не указано иное.

О ЗНАЧЕНИИ ПОНЯТИЯ «КУЛЬТУРА»

Кандидат философских наук, доцент, кафедра истории, Калужский филиал МГТУ им. Н.Э. Баумана

В данной статье исследуется проблема определения такого понятия как культура. Определяется значение слова культура как единство «трех ступеней» Дается обоснование из каких составляющих складывается сама культура и возникновении науки культурология.

Ключевые слова: культура, определение, развитие, духовность. Keywords: culture, definition, development, spiritual.

Слово «культура» пришло к нам из латинского языка (cultura) и уже тогда имело три значения. Надо отметить, что эти значения тесно связаны между собой, как ступени одной лестницы. И, чтобы проникнуть в суть этого слова, необходимо преодолеть все три ступени. Итак, первое значение — это взращивание, разведение, уход, некая защита живого (то, что связано непосредственно с жизнью). Второе — воспитание, образование и развитие. И третье — поклонение, почитание, культ. Причем, если иметь в представлении лестницу, то подниматься по ней нужно с третьей ступени, т.е. вначале идет поклонение и культ и т.д. если же начать движение со второй ступени, минуя третью, т.е. получить знания, образование, но не иметь культа, ничему не поклоняться, не иметь ничего святого, то знание может стать страшным оружием, бомбой в руках человека.

Итак, для начала мы определили значение слова «культура» как единство трех ступеней: поклонение, развитие и разведение.

Специалисты по теории культуры А. Кребер и К. Клакхон проанализировали свыше ста основных определений и сгруппировали их следующим образом:

1. Описательные определения, восходящие в своей основе к концепции основоположника культурной антропологии Э. Тейлора. Суть таких определений: культура -это сумма всех видов деятельности, обычаем, верований; она, как сокровищница всего созданного людьми, включает в себя книги, картины и т.п., знание путей приспособления к социальному и природному окружению, язык, обычай, систему этикета, этику, религию, которые складывались веками.

2. Исторические определения, подчеркивающие роль традиций и социального наследия, доставшихся современной эпохе от предшествовавших этапов развития человечества. К ним примыкают и генетические определения, утверждающие, что культура является результатом исторического развития. В нее входит все, что искусственно, что люди произвели и что передается от поколения к поколению — орудия, символы, организации, общая деятельность, взгляды, верования.

3. Нормативные определения, акцентирующие значения принятых правил и норм. Культура — это образ индивида, определяемый социальным окружением.

4. Ценностные определения: культура — это материальные и социальные ценности группы людей, их институты, обычаи, реакции поведения.

5. Психологические определения, исходящие из решения человеком определенных проблем на психологическом уровне. Здесь культура есть особое приспособление к природному окружению, экономическим потребностям и складывается из всех результатов такого приспособления.

6. Определения на базе теорий обучения: культура — это поведение, которому человек научился, а не получил в качестве биологического наследства.

7. Структурные определения, выделяющие важность моментов организации или моделирования. Здесь культура представляет собой систему определенных признаков, различным способом связанных между собой. Материальные и нематериальные культурные институты, являющиеся ядром (моделью) культуры.

8. Идеологические определения: культура — это поток идей, переходящих от индивида к индивиду посредством особых действий, т.е. с помощью слов или подражаний.

9. Символические определения: культура — это организация различных феноменов (материальных предметов, действий, идей; чувств), состоящая в употреблении символов.

Подчеркивая разницу между материальными и духовными ценностями, многие исследователи разграничивают материальную и духовную культуру. Под материальной культурой понимается совокупность материальных благ, средств и форм их производства и способов овладения ими. Духовную культуру определяют как совокупность всех знаний, форм мышления, сфер идеологии (философия, этика, право, политика и т.д.) и способов деятельности по созданию духовных ценностей.

В этом разграничении есть рациональное зерно, но его нельзя абсолютизировать. Здесь всегда надо помнить об относительности границ материальной и духовной культур. Возможно даже, что точнее говорить о материальных и духовных сторонах единого феномена культуры. В самом деле, станок материален, но он был бы только грудой металлолома, если бы в нем не были воплощены мысль конструктора, таланты, навыки рабочих, изготовивших его.

Многие культурологи говорят о третьей составляющей культуры, которая призвана как бы примирять две противоборствующие половины и которая постоянно отслеживает и анализирует все метаморфозы. Это культурология.

Культурология как научная дисциплина возникает в ХХ веке. Интерес к изучению культуры связан с поворотом, приведшим к реальности смысла. То есть вопрос об истине уступил вопросу о смысле. Гносеология стала вытесняться культурологией, которая в свою очередь, вводит в научный оборот такие бинарные мыслительные структуры, как «культура и производство», «культура и познание», «культура и язык», «культура и природа».

Методологический статус понятия культуры зависит от контекста. Так, в работах Ю. Лотмана развиваются семиотические смыслы культуры. Культура — это система знаков, систем кодирования и декодирования. С. Аверинцев склонен разрабатывать филологическую

В последнее время в понимании многих людей культуры — это способ и качество оформления их досуга. Уровень культуры, по их понятию, оценивается тем, как государство или отдельный человек может организовывать досуг. Если в стране достаточно музеев, театров и библиотек, а человек в свободное от работы время может отвлечься, сходив туда, значит, с культурой все в порядке. Еще культура определяется тем, как человек ведет себя в обществе, т.е. насколько он придерживается правил поведения и морали в данном обществе. Но такое определение весьма однобоко и поверхностно.

Несмотря на то, что само понятие культуры включает в себя множество аспектов, при рассмотрении какого-либо явления нашей жизни и отнесении или неотнесении его к разряду культурных явлений, нельзя отталкиваться от какого-то одного аспекта и не обращать внимания на все остальное. Явление необходимо рассматривать в контексте всей культуры. И это весьма сложно, так как в процессе анализа явления может возникнуть множество противоречий, связанных опять же с многоаспектностью культуры. Тут важно объективно подойти к вопросу, но, главное, попытаться вначале осознать культуру как единый целостный организм.

Существует множество мнений относительно временных и географических рамок культуры. Выделяют, например, культуры Древнего Египта, греко-римскую, Средневековья и эпохи Возрождения, культуру Востока и культуру Запада. Получается некое деление культуры. Существовала, к примеру, культура Древней Греции. Ее существование можно ограничить временными и географическими рамками теоретически. Но, тогда возникает вопрос: откуда пришла культура к грекам и куда она потом ушла? Не могла же она бесследно исчезнуть? Гибнут памятники архитектуры, гибнут в огне библиотеки, в конце концов умирают языки. Но ведь культура столько многогранна, что не может погибнуть вся сразу. Что-то утрачено, но что-то уже давно плавно перешло «по наследству» другому народу, другому времени. Там она прижилась и адаптировалась к новым условиям. А, значит, она до сих пор жива и жива именно та культура, которая была у древних греков, к примеру.

Теперь рассмотрим вопрос: справедливо ли деление культуры на культуру Запада и Востока? Теоретически — да, это очевидно. Но, если заниматься даже неглубоким анализом этих культур, то бросается в глаза скорее их общность. Все основные принципы жизни общества: религия, семья, государственные институты, искусство ит.д. — все они в основе

своей идентичны, имеют лишь национальные и этнические особенности, порой внешне очень отличные друг от друга, но по сути своей «однокоренные». Культура едина по внутренней своей сути. Она едина не только в пространстве, но и во времени. То, что происходило в период архаики, в эпоху Средневековья, Возрождения и в наше время, связано между собой неразрывной цепью трансформаций. Идет постоянная «перекличка» эпох, своеобразный диалог культур. Таким образом, культура представляется единой во времени и пространстве. Но в разные времена и у разных народов она находит свое выражение, принимает ту или иную форму. В различные время и место могут доминировать те или иные аспекты культуры, что создает впечатление исключительности и своеобразности отдельно взятого периода, эпохи.

Таким образом, все, что происходило и происходит в жизни людей, является кирпичиками в храме культуры, который будет воздвигаться, пока живо человечество.

1. Рерих Н.К. — Избранное. М. — 1990 — С. 267.

2. Шпенглер О. — Закат Европы. М. — 1993 — С. 135.

3. Шпенглер О. — Закат Европы. М. — 1993 — С. 138.

4. Бердяев Н.А. — Смысл истории. М. — 1990 — С. 137.

5. Рерих Н.К. — Избранное. М. — 1990 — С. 244.

(лат. cultura – об­ра­бот­ка, куль­ти­ва­ция, об­ла­го­ра­жи­ва­ние, вос­пи­та­ние), ис­то­ри­че­ски сло­жив­ший­ся об­раз жиз­ни лю­дей, вклю­чаю­щий в се­бя цен­но­сти и нор­мы, ве­ро­ва­ния и об­ря­ды, зна­ния и уме­ния, обы­чаи и ус­та­нов­ле­ния, тех­ни­ку и тех­но­ло­гии, спо­со­бы мыш­ле­ния, дея­тель­но­сти, взаи­мо­дей­ст­вия и ком­му­ни­ка­ции и т. д. Это де­ск­рип­тив­ное (опи­са­тель­ное) по­ня­тие К. ис­поль­зу­ет­ся в разл. нау­ках о К. – в куль­тур­ной (со­ци­аль­ной) (эт­но­ло­гии), се­мио­ти­ке, фи­ло­ло­гии, со­цио­ло­гии, пси­хо­ло­гии, ис­то­рии и в фор­ми­рую­щей­ся на их сты­ке . На­ря­ду с этим об­щим по­ня­ти­ем К. как обо­зна­че­ни­ем спе­ци­фи­че­ской для че­ло­ве­че­ст­ва фор­мы бы­тия (в от­ли­чие от по­ня­тия ) при­ня­то вы­де­лять разл. ти­пы К., со­от­вет­ст­вую­щие мно­го­об­ра­зию че­ло­ве­че­ских со­об­ществ, – ис­то­ри­че­ские (напр., ан­тич­ная К.), гео­гра­фи­че­ские (напр., ев­ро­пей­ская К.), эт­ни­че­ские (напр., рус­ская К.), ре­ли­ги­оз­ные (напр., К. ис­ла­ма), со­слов­ные (напр., дво­рян­ская К.) и др. Вы­де­ля­ют так­же ти­пы К., свя­зан­ные с разл. ви­да­ми дея­тель­но­сти, – К. об­ще­ния, , ху­дож. К., К. тру­да и т. п.

В лат. яз. сло­во «К.» пер­во­на­чаль­но от­но­си­лось к воз­де­лы­ва­нию поч­вы (ag­ri­cultura), в даль­ней­шем им ста­ли обо­зна­чать так­же об­ра­бот­ку при­род­ных ма­те­риа­лов в разл. ре­мёс­лах. В зна­че­нии осу­ще­ст­в­ляе­мо­го фи­ло­со­фи­ей «воз­де­лы­ва­ния ду­ши» (cultura animi) тер­мин «К.» впер­вые встре­ча­ет­ся в ра­бо­те Ци­це­ро­на «Тус­ку­лан­ские бе­се­ды» (45 до н. э.). В ка­че­ст­ве ис­то­рич. ана­ло­га но­во­ев­ро­пей­ской идеи К. мож­но рас­смат­ри­вать др.-греч. по­ня­тие пай­дейи ( , лат. humanitas) – вос­пи­та­ния и уни­вер­саль­ной об­ра­зо­ван­но­сти че­ло­ве­ка. Humani­tas ста­ла в эпо­ху Воз­ро­ж­де­ния центр. по­ня­ти­ем итал. гу­ма­ни­стов. Тер­мин «К.» как оп­по­зи­ция (по­ня­то­му в ду­хе Т. ) впер­вые упот­ре­бил С. . В 17–18 вв. сло­во «К.» по­сте­пен­но ста­ло ис­поль­зо­вать­ся для ха­рак­те­ри­сти­ки че­ло­ве­че­ско­го со­вер­шен­ст­во­ва­ния и раз­ви­тия во­об­ще, как си­но­ним про­све­щён­но­сти и вос­пи­тан­но­сти в про­ти­во­по­лож­ность «вар­вар­ст­ву» и «не­об­ра­зо­ван­но­сти» (cul­tura uni­versalis у Я. А. и др.). В этом же зна­че­нии со 2-й пол. 18 в. по­лу­ча­ет рас­про­стра­не­ние тер­мин , до­ми­ни­рую­щий во франц. и англ. сло­во­упот­реб­ле­нии.

Новоевропейская идея культуры

В от­ли­чие от де­ск­рип­тив­но­го по­ня­тия К., от­но­си­мо­го ко всем пред­ста­ви­те­лям к.-л. груп­пы (со­об­ще­ст­ва) лю­дей, идея К. име­ет нор­ма­тив­ное (оце­ноч­ное) зна­че­ние, ус­та­нав­ли­вая цен­ность К. для груп­пы лю­дей, с ко­то­рой мы се­бя иден­ти­фи­ци­ру­ем (ха­рак­тер­на в этом от­но­ше­нии кон­крет­ная оцен­ка к.-л. как «куль­тур­но­го че­ло­ве­ка»). Воз­ник­но­ве­ние идеи К. свя­за­но с осу­ще­ст­в­лён­ным итал. гу­ма­ни­ста­ми эпо­хи Воз­ро­ж­де­ния от­кры­ти­ем ми­ра че­ло­ве­ка как про­стран­ст­ва че­ло­ве­че­ской сво­бо­ды, гра­ни­цы ко­то­ро­го за­да­ны че­ло­ве­ку не Бо­гом и не при­ро­дой, а ис­клю­чи­тель­но им са­мим. В эпо­ху это от­кры­тие бы­ло тео­ре­ти­че­ски оформ­ле­но в фи­лос. идее К. В по­ни­ма­нии клас­си­че­ской ев­роп. фи­ло­со­фии Но­во­го вре­ме­ни К. ох­ва­ты­ва­ет со­бой всю об­ласть су­ще­ст­во­ва­ния че­ло­ве­ка как са­мо­оп­ре­де­ляю­ще­го­ся су­ще­ст­ва, вклю­чая в се­бя пре­ж­де все­го об­ласть его по­зна­ва­тель­ной, прак­тич. и ху­дож. дея­тель­но­сти. Нау­ка, мо­раль и иск-во об­ра­зу­ют про­стран­ст­во К., а её фи­лос. ос­мыс­ле­ние пред­ста­ёт как свое­об­раз­ный диа­лог о том, ка­кая из этих форм ду­хов­ной дея­тель­но­сти име­ет пре­иму­ще­ст­вен­ное зна­че­ние для раз­ви­тия куль­ту­ры.

Из по­ни­ма­ния К. как че­ло­ве­че­ской дея­тель­но­сти вы­те­ка­ло пред­став­ле­ние о ней как не­пре­рыв­но со­вер­шаю­щем­ся ис­то­рич. про­цес­се раз­ви­тия. На во­прос о том, бла­го­да­ря че­му че­ло­век яв­ля­ет­ся субъ­ек­том, име­ет ис­то­рию, спо­со­бен сво­бод­но по­ла­гать гра­ни­цы сво­его су­ще­ст­во­ва­ния в ми­ре, клас­сич. фи­ло­со­фия от­ве­ча­ла од­но­знач­но: бла­го­да­ря на­ли­чию у не­го ра­зу­ма. Че­ло­век есть ра­зум­ное су­ще­ст­во и толь­ко в та­ком ка­че­ст­ве есть су­ще­ст­во куль­тур­ное. От­сю­да ха­рак­тер­ное для эпо­хи Про­све­ще­ния ото­жде­ст­в­ле­ние К. с ра­зу­мом. В за­ви­си­мо­сти от разл. трак­то­вок ра­зу­ма ре­шал­ся и во­прос о сущ­но­сти К., её це­ли и пред­на­зна­че­нии. Ес­ли франц. ма­те­риа­ли­сты счи­та­ли гл. за­да­чей К. её со­дей­ст­вие стрем­ле­нию че­ло­ве­ка к сча­стью и лич­но­му бла­го­по­лу­чию, к дос­ти­же­нию им со­гла­сия со сво­ей при­ро­дой (на­ту­ра­ли­стич. и эв­де­мо­ни­стич. кон­цеп­ции К.), ес­ли И. Г. ви­дел эту за­да­чу в гу­ма­ни­за­ции че­ло­вече­ских от­но­ше­ний, то для И. Кан­та под­лин­ное на­зна­че­ние К. со­стоя­ло в мо­раль­ном со­вер­шен­ст­во­ва­нии ин­ди­ви­да, в под­чи­не­нии им сво­ей во­ли нрав­ст­вен­но­му дол­гу, а для Г. В. Ф. Ге­ге­ля – в ду­хов­ном об­ра­зо­ва­нии ин­ди­ви­да как це­ло­ст­но­го су­ще­ст­ва, в его воз­вы­ше­нии до уров­ня аб­со­лют­но­го зна­ния. В про­ти­во­по­лож­ность про­све­ти­те­лям пред­ста­ви­те­ли вы­дви­ну­ли по­ни­ма­ние К. как сво­бод­но­го са­мо­осу­ще­ст­в­ле­ния че­ло­ве­че­ско­го ду­ха, про­яв­ляю­ще­го се­бя и в уст­ном твор­че­ст­ве всех вре­мён и на­ро­дов, и в ин­ди­ви­ду­аль­ном твор­чест­ве по­этов, пи­са­те­лей, ху­дож­ни­ков, му­зы­кан­тов и т. п.

Ис­то­рич. оп­ти­мизм, свой­ст­вен­ный эпо­хе Про­све­ще­ния в це­лом с её ве­рой в ко­неч­ное тор­же­ст­во ра­зу­ма, пре­вра­щал ев­роп. К. в гла­зах фи­ло­со­фов в выс­шее дос­ти­же­ние че­ло­ве­че­ской ис­то­рии, в куль­тур­ный эта­лон, об­ра­зец для лю­бо­го на­ро­да. Всё, что не со­от­вет­ст­во­ва­ло это­му эта­ло­ну, объ­яв­ля­лось ди­ко­стью и вар­вар­ст­вом. В этом смыс­ле дан­ная идея не­сла на се­бе от­чёт­ли­вый от­пе­ча­ток ев­ро­по­цен­триз­ма. При всём том она за­клю­ча­ла в се­бе ряд глу­бо­ких про­ти­во­ре­чий, ис­то­ком для ко­то­рых по­слу­жи­ла са­ма но­во­ев­ро­пей­ская К., воз­ник­шая на пе­ре­се­че­нии двух мощ­ных тра­ди­ций, иду­щих из про­шло­го, – ан­тич­ной и хри­сти­ан­ской, ко­то­рые на­хо­ди­лись в весь­ма на­пря­жён­ных и да­же кон­флик­тую­щих от­но­ше­ни­ях друг с дру­гом, что про­во­ци­ро­ва­ло по­сто­ян­ные идей­ные спо­ры и раз­но­гла­сия. Не пре­одо­лён­ный в ев­роп. К. внутр. рас­кол ме­ж­ду ра­цио­наль­но­стью и ду­хов­но­стью, нау­кой и ре­ли­ги­ей, пра­вом и мо­ра­лью, ча­ст­ным и ин­ди­ви­ду­аль­ным, сво­бо­дой и по­ряд­ком и т. п. стал ис­точ­ни­ком по­сле­дую­щей транс­фор­ма­ции идеи К. на по­стклас­си­че­ском, или со­вре­мен­ном, эта­пе раз­ви­тия ев­роп. фи­лос. мыс­ли.

Дан­ный этап от­ме­чен пре­ж­де все­го про­изо­шед­шим в 19–20 вв. осоз­на­ни­ем глу­бо­ко­го кри­зи­са ев­роп. К. Ис­то­рич. оп­ти­мизм сме­нил­ся ис­то­рич. пес­си­миз­мом, на­ча­ло ко­то­ро­му бы­ло по­ло­же­но уже во 2-й пол. 18 в. Ж. Ж. и ко­то­рый оп­ре­де­лил кон­цеп­ции Ф.  и О.  с их иде­ей кон­ца ев­роп. К. как в её ан­тич­ных (ра­цио­наль­ных), так и в хри­сти­ан­ских ис­то­ках. Пред­ста­ви­те­ли ста­ли ис­кать ис­то­ки К. не в ра­зу­ме, а в са­мой жиз­ни, трак­туе­мой как ес­теств. сме­на её осн. цик­лов (от ро­ж­де­ния до уми­ра­ния). К. бы­ла по­ня­та как фор­ма жиз­ни, а т. к. ка­ж­дая жизнь ин­ди­ви­ду­аль­на, то нет и од­ной, об­щей для всех К. (тео­рии куль­тур­но-ис­то­рич. ти­пов Н. Я. , «ло­каль­ных ци­ви­ли­за­ций» А. Дж. Тойн­би и др.). К. жи­вут и уми­ра­ют по­доб­но всем жи­вым ор­га­низ­мам. Кри­зис К. оз­на­ча­ет ис­чер­па­ние, ис­ся­ка­ние её жиз­нен­ных сил и воз­мож­но­стей, её от­рыв от жиз­ни, ко­гда она за­сты­ва­ет в ви­де аб­ст­ракт­ных пред­пи­са­ний и фор­мул, пе­ре­ста­ёт пло­до­но­сить, ста­но­вит­ся без­жиз­нен­ной фор­мой (в не­мец­кой, а за­тем и в рус. фи­ло­со­фии эта ста­дия по­лу­чи­ла назв. «ци­ви­ли­за­ции» и про­ти­во­по­став­ля­лась К. как творч. на­ча­лу). При­чи­на кри­зи­са в разл. ва­ри­ан­тах «кри­ти­ки куль­ту­ры» в 20 в. ус­мат­ри­ва­лась в ро­див­шем­ся в эпо­ху ин­ду­ст­риа­лиз­ма с его ур­ба­ни­зи­ро­ван­ным и обез­ли­чен­ным об­ра­зом жиз­ни и соз­на­ния, по­ро­див­шим .

Со­от­вет­ст­вен­но клас­сич. идея К. и важ­ней­шие эле­мен­ты, её со­став­ляю­щие, – гу­ма­низм, ис­то­ризм и ра­цио­на­лизм – ста­ли пред­ме­том кри­ти­ки и пе­ре­оцен­ки в фи­ло­со­фии и с ха­рак­тер­ным для них от­ка­зом ус­мат­ри­вать в К. не­что боль­шее, чем про­сто сво­бод­ный вы­бор че­ло­ве­ком сво­ей иден­тич­но­сти. Вы­бор этот, це­ли­ком ре­гу­ли­руе­мый лич­ны­ми пред­поч­те­ния­ми ин­ди­ви­да, не тер­пит ни­ка­ких идей­ных ог­ра­ни­че­ний и мо­жет при­нять лю­бую кон­фи­гу­ра­цию, со­став­лен­ную из са­мых раз­но­род­ных эле­мен­тов. На сме­ну куль­тур­ной из­би­ра­тель­но­сти при­хо­дит куль­тур­ная все­яд­ность, по­зво­ляю­щая ин­ди­ви­ду как бы од­но­вре­мен­но жить в раз­ных куль­тур­ных ми­рах, что мож­но счи­тать раз­ру­ше­ни­ем тра­ди­ци­он­ной для ев­роп. че­ло­ве­ка куль­тур­ной иден­тич­но­сти.

Од­ним из по­след­ст­вий это­го кри­зи­са клас­сич. кон­цеп­ции К. явил­ся осу­ще­ст­в­лён­ный в пе­ре­нос цен­тра тя­же­сти фи­лос. ин­те­ре­са с идеи К. на ме­то­до­ло­гию «на­ук о куль­ту­ре», став­ший при­чи­ной воз­ник­но­ве­ния с её стрем­ле­ни­ем вы­ра­бо­тать еди­ную для всех ис­то­рич. на­ук ло­ги­ку на­уч. по­зна­ния К. – ак­сио­ло­ги­че­скую (Г. ) или сим­во­ли­че­скую (Э. ). Пред­став­ле­ние о мно­же­ст­вен­но­сти К. (ци­ви­ли­за­ций) по­ста­ви­ло за­да­чу вы­ра­бо­тать на­уч. по­ня­тие К., спо­соб­ное ох­ва­тить са­мые раз­ные К. вне за­ви­си­мо­сти от вре­ме­ни и мес­та их про­ис­хо­ж­де­ния.

Структура и функции культуры

В разл. на­прав­ле­ни­ях меж­дис­ци­п­ли­нар­ных куль­ту­ро­ло­гич. ис­сле­до­ва­ний К. рас­смат­ри­ва­ет­ся во мно­же­ст­ве ас­пек­тов – как со­во­куп­ность ар­те­фак­тов, как зна­ко­вая или ком­му­ни­ка­тив­ная сис­те­ма, как ин­фор­ма­ци­он­ный код, обес­пе­чи­ваю­щий жизнь и вос­про­из­вод­ст­во «со­ци­аль­но­го ор­га­низ­ма», как сфе­ра «ду­хов­но­го про­из­вод­ст­ва», как реа­ли­за­ция цен­но­стей (как мир твор­че­ст­ва и ду­хов­ной жиз­ни), как со­во­куп­ность мо­де­лей по­ве­де­ния или ми­ро­воз­зре­ния, как пси­хо­ло­гич. це­ло­ст­ность («пси­хо­ло­гия на­ро­да», «этос», «мен­таль­ность»), как спо­соб удов­ле­тво­ре­ния по­треб­но­стей ин­ди­ви­дов и об­ще­ст­ва, и т. д.

Сфе­ра К. ох­ва­ты­ва­ет не толь­ко идеи и прак­ти­ки, но и пред­ме­ты, соз­дан­ные че­ло­ве­ком (ар­те­фак­ты) или вы­де­лен­ные им из ок­ру­жаю­ще­го ми­ра и на­де­лён­ные (напр., пу­тём на­зы­ва­ния). Ос­но­вой К. как осо­бой ре­аль­но­сти, су­ще­ст­вую­щей для че­ло­ве­ка на­ря­ду с пси­хи­кой и фи­зич. ми­ром (К. ), яв­ля­ет­ся уни­вер­сум взаи­мо­свя­зан­ных зна­че­ний («се­ми­осфе­ра», в тер­ми­нах Ю. М. ), соз­дан­ных че­ло­ве­че­ст­вом, на­ро­дом, к.-л. со­ци­аль­ной груп­пой или отд. че­ло­ве­ком. Как сред­ст­во об­ме­на ин­фор­ма­ци­ей и «со­ци­аль­но­го на­сле­до­ва­ния», пе­ре­да­чи обоб­щён­но­го в зна­че­ни­ях опы­та от од­них лю­дей к дру­гим, от по­ко­ле­ния к по­ко­ле­нию, К. обес­пе­чи­ва­ет вос­про­из­вод­ст­во об­ще­ст­ва как це­лое и отд. лю­дей, яв­ля­ясь «вто­рой при­ро­дой», ис­кус­ст­вен­ной сре­дой фор­ми­ро­ва­ния и оби­та­ния че­ло­ве­ка, свое­об­раз­ной «мат­ри­цей» для струк­ту­ры лич­но­сти, и форм по­ве­де­ния, ус­ваи­вае­мых ин­ди­ви­да­ми в про­цес­се со­циа­ли­за­ции.

Стиль К. (О. Шпенг­лер), ре­зо­нанс её разл. сфер («этос», в тер­ми­нах А. Л. и Р. ) свя­за­ны с вы­ра­бо­тан­ным в про­цес­се ис­то­рии ос­мыс­ле­ни­ем ми­ра в дан­ной К., её уни­каль­ным по­ни­ма­ни­ем то­го, что важ­но и что не­важ­но. По­ми­мо по­ня­тий, опи­сы­ваю­щих ре­аль­ность (де­ск­рип­тив­ных ка­те­го­рий), уни­вер­сум зна­че­ний К. со­дер­жит оце­ноч­ные ка­те­го­рии – цен­но­сти, идеа­лы, пред­став­ле­ния о до­б­ре и зле, фор­ми­рую­щие от­но­ше­ние лю­дей к тем или иным объ­ек­там. Ещё один вид зна­че­ний – это пра­ви­ла, тре­бо­ва­ния, нор­мы, про­грам­мы и сце­на­рии, ре­гу­ли­рую­щие дея­тель­ность (нор­ма­тив­ные ка­те­го­рии). К. об­ла­да­ют раз­ной сте­пе­нью нор­ма­тив­но­сти при­ме­ни­тель­но к разл. сфе­рам жиз­ни: ха­рак­тер­ное для ка­ж­дой К. пре­иму­ще­ст­вен­ное вни­ма­ние к ре­гу­ля­ции той или иной из этих сфер на­хо­дит от­ра­же­ние в сис­те­ме её норм и обы­ча­ев.

Уни­вер­сум зна­че­ний со­став­ля­ет ос­но­ву К., но да­ле­ко не ис­чер­пы­ва­ет её. В сис­те­му К. вхо­дят со­ци­аль­ные ин­сти­ту­ты (та­кие как брак, се­мья, сис­те­ма род­ст­ва, го­су­дар­ст­во, пра­во­вая сис­те­ма, сис­те­ма об­ра­зо­ва­ния, цер­ковь), соз­дан­ные дан­ной К. ар­те­фак­ты, а так­же тех­но­ло­гии (в т. ч. со­ци­аль­ные тех­но­ло­гии, тех­но­ло­гии по­зна­ния). Вы­де­ля­ют об­лас­ти К., со­от­вет­ст­вую­щие по­треб­но­стям, на удов­ле­тво­ре­ние ко­то­рых они на­прав­ле­ны, та­кие как ре­ли­гия, эко­но­ми­ка, нау­ка, иск-во, спорт и др. Рас­про­стра­не­но де­ле­ние К. на ма­те­ри­аль­ную (удов­ле­тво­ряю­щую по­треб­но­сти ор­га­низ­ма) и ду­хов­ную (от­ве­чаю­щую ду­хов­ным по­треб­но­стям); не­ред­ко вы­де­ля­ют так­же со­ци­аль­ную К., свя­зан­ную с удов­ле­тво­ре­ни­ем со­ци­аль­ных по­треб­но­стей.

С 1950-х гг. объ­ек­том ис­сле­до­ва­ния ста­ли суб­куль­ту­ры, вы­ра­жаю­щие ин­те­ре­сы разл. сло­ёв и групп внут­ри на­цио­наль­ных К. (напр., дет­ская суб­куль­ту­ра, ). Вы­де­ля­ют так­же эли­тар­ную К., на­род­ную К. и мас­со­вую К., от­ве­чаю­щие по­треб­но­стям раз­ных сло­ёв на­се­ле­ния. С 1970-х гг. ста­ла ис­сле­до­вать­ся , ре­гу­ли­рую­щая дея­тель­ность со­труд­ни­ков той или иной ор­га­ни­за­ции. Де­ла­ются по­пыт­ки вы­де­ле­ния эле­мен­тар­ных еди­ниц К., с по­мо­щью ко­то­рых про­ис­хо­дит куль­тур­ный об­мен (по­лу­чил по­пу­ляр­ность тер­мин «мем», вве­дён­ный для них англ. био­ло­гом Р. До­кин­сом по ана­ло­гии с ге­ном).

Вы­де­ле­ние тех или иных функ­ций К. в ка­че­ст­ве ве­ду­щих во мно­гом свя­за­но с ми­ро­воз­зренч. ус­та­нов­ка­ми ис­сле­до­ва­те­лей. В чис­ле разл. функ­ций К. вы­де­ля­ют ин­фор­ма­ци­он­ную (в ка­че­ст­ве «па­мя­ти об­ще­ст­ва» К. ре­ша­ет за­да­чи под­дер­жа­ния его струк­ту­ры и един­ст­ва, ак­ку­му­ли­руя и транс­ли­руя со­ци­аль­ный опыт); творч. функ­цию (К. пре­дос­тав­ля­ет сред­ст­ва для соз­да­ния но­вых цен­но­стей, обес­пе­чи­ва­ет воз­мож­но­сти ин­ди­ви­ду­аль­но­го раз­ви­тия и об­нов­ле­ния); по­зна­ва­тель­ную функ­цию, ком­му­ни­ка­тив­ную функ­цию (К. фор­ми­ру­ет ус­ло­вия, те­мы и сред­ст­ва че­ло­ве­че­ско­го об­ще­ния); ин­те­гра­тив­ную функ­цию (К. объ­е­ди­ня­ет лю­дей в со­об­ще­ст­во, де­лая их, напр., пред­ста­ви­те­ля­ми то­го или ино­го на­ро­да, раз­де­ляю­щи­ми его цен­но­сти, кар­ти­ну ми­ра); адап­тив­ную функ­цию (К. не про­сто обес­пе­чи­ва­ет при­способ­ле­ние об­ще­ст­ва к при­род­ной сре­де и ме­няю­щим­ся ис­то­рич. ус­ло­ви­ям, а фор­ми­ру­ет эту сре­ду и ус­ло­вия в со­от­вет­ст­вии с по­треб­но­стя­ми об­ще­ст­ва); функ­цию со­циа­ли­за­ции (сис­те­ма об­ра­зо­ва­ния и вос­пи­та­ния обес­пе­чи­ва­ет ус­вое­ние ин­ди­ви­да­ми со­ци­аль­но­го опы­та); смыс­ло­об­ра­зую­щую функ­цию (К. по­мо­га­ет че­ло­ве­ку в об­ре­те­нии иден­тич­но­сти, смы­слов, цен­но­стей, мо­ти­вов и це­лей дея­тель­но­сти, при­ня­тие ко­то­рых про­ис­хо­дит не ав­то­ма­ти­че­ски, а свя­за­но со сво­бод­ной творч. ак­тив­но­стью ин­ди­ви­дов).

Динамика культуры

Ди­на­ми­ка ис­то­рич. про­цес­са ста­вит пе­ред К. всё но­вые вы­зо­вы, по­это­му ме­ха­низ­мы об­нов­ле­ния так же важ­ны для неё, как и ме­ха­низ­мы «со­ци­аль­но­го на­сле­до­ва­ния» (по­доб­но на­след­ст­вен­но­сти и из­мен­чи­во­сти био­ло­гич. ин­фор­ма­ции). В раз­ви­той К. обыч­но су­ще­ст­ву­ют раз­но­вид­но­сти «куль­тур­ной оп­по­зи­ции» (контр­куль­ту­ры), раз­ра­ба­ты­ваю­щие сис­те­мы аль­тер­на­тив­ных смы­слов и зна­че­ний, по­зво­ляю­щие ме­нять век­тор раз­ви­тия К. (ино­гда та­кое из­ме­не­ние при­ни­ма­ет фор­му «куль­тур­ной ре­во­лю­ции», как, напр., при ро­ж­де­нии про­тес­тант­ской К. в Ев­ро­пе).

К. все­гда ме­ня­ет­ся со вре­ме­нем, но про­грес­сив­ное раз­ви­тие в ис­то­рич. ди­на­ми­ке К. не яв­ля­ет­ся обя­за­тель­ным. Боль­шин­ст­во К., дос­тиг­нув оп­ре­де­лён­но­го уров­ня раз­ви­тия, всту­па­ют в со­стоя­ние го­мео­ста­за, ко­гда из­ме­не­ния не ве­дут к об­ще­му ус­лож­не­нию сис­те­мы в це­лом. Дис­кус­си­он­ным яв­ля­ет­ся во­прос о том, су­ще­ст­ву­ют ли об­щие за­ко­ны и эта­пы раз­ви­тия К. (точ­ка зре­ния эво­лю­ци­он­ной шко­лы, ли­дер ко­то­рой, Э. Б. , по­стро­ил уни­вер­саль­ную шка­лу куль­тур­но­го про­грес­са, рас­по­ло­жив на её вер­ши­не за­пад­ное об­ще­ст­во) или ка­ж­дая К. раз­ви­ва­ет­ся сво­им осо­бым пу­тём (точ­ка зре­ния куль­тур­но­го плю­ра­лиз­ма, или муль­ти­куль­ту­ра­лиз­ма, от­ка­зы­ваю­щая­ся от оце­ноч­но­го срав­не­ния раз­лич­ных К. и пре­об­ла­даю­щая в ан­тро­по­ло­гии по­сле ра­бот Ф. , Р. Бе­не­дикт и М. ). Ис­сле­до­ва­те­ли, стоя­щие на по­зи­ци­ях эво­лю­цио­низ­ма, обыч­но свя­зы­ва­ют раз­ви­тие К. с раз­ви­ти­ем тех­но­ло­гий (Л. Г. , К. , Л. , Д.  и др.). Мыс­ли­те­ли, при­дер­жи­ваю­щие­ся куль­тур­но-ис­то­рич. под­хо­да, счи­та­ют К. дви­жу­щей си­лой раз­ви­тия об­ще­ст­ва и опи­сы­ва­ют жиз­нен­ные цик­лы К. (эта­пы ге­не­зи­са, рос­та, рас­цве­та, увя­да­ния, упад­ка и воз­ро­ж­де­ния К. в кон­цеп­ции П. ). С точ­ки зре­ния пред­ста­ви­те­лей тра­ди­цио­на­лиз­ма (Р.  и др.), К. де­гра­ди­ру­ют в хо­де ис­то­рич. про­цес­са.

Осо­бую роль в раз­ви­тии К. иг­ра­ет фор­ми­ро­ва­ние но­вых сис­тем ком­му­ни­ка­ции и ко­ди­ро­ва­ния, фик­си­рую­щих и транс­ли­рую­щих ин­фор­ма­цию. Г. М.  свя­зал их раз­ви­тие со сту­пе­ня­ми ци­ви­ли­за­ци­он­но­го про­грес­са, вы­де­ляя эпо­хи до­пись­мен­но­го об­ще­ст­ва, пись­мен­но­сти, кни­го­пе­ча­та­ния, ра­дио и те­ле­ви­де­ния; в ка­ж­дый из этих пе­рио­дов рез­ко уве­ли­чи­вал­ся объ­ём дос­туп­ной ин­ди­ви­ду ин­фор­ма­ции. Но­вую эпо­ху от­кры­ло рас­про­стра­не­ние ком­пь­ю­те­ров и ком­пь­ю­тер­ных се­тей, ох­ва­ты­ваю­щих весь мир и спле­таю­щих разл. К. в од­но це­лое. Эко­номич. и др. фак­то­ры так­же ус­ко­ря­ют про­цесс , ве­ду­щий к фор­ми­ро­ва­нию еди­ной ми­ро­вой куль­ту­ры.

В раз­ных К. воз­мож­но­сти ин­но­ва­ций и твор­че­ст­ва раз­лич­ны. Для мно­гих К. и сфер К. (напр., ре­ли­гии или иск-ва) ха­рак­тер­но про­ти­во­стоя­ние фун­да­мен­та­лиз­ма (ори­ен­та­ции на тра­ди­цию) и мо­дер­низ­ма (ори­ен­та­ции на но­ва­тор­ст­во). В ми­ро­воз­зре­нии до­ин­ду­ст­ри­аль­ных об­ществ при­ори­тет­ную цен­ность име­ет под­дер­жа­ние тра­ди­ции, в ин­ду­ст­ри­аль­ном го­раз­до бóльшая цен­ность при­да­ёт­ся про­грес­су и ин­но­ва­ци­ям, ко­то­рые раз­ра­ба­ты­ва­ет со­ци­аль­ный слой ин­тел­лек­туа­лов. В по­стин­ду­ст­ри­аль­ном «ин­фор­ма­ци­он­ном» об­ще­ст­ве ин­но­ва­ции ста­новят­ся центр. про­дук­том К., ос­но­вой эко­но­мич. раз­ви­тия. К. зап. «тех­но­ген­ной» ци­ви­ли­за­ции ока­зы­ва­ет всё бо­лее силь­ное од­но­сто­рон­нее воз­дей­ст­вие на тра­ди­ци­он­ные К., за­пус­кая в них про­цес­сы мо­дер­ни­за­ции. В 20 в. все­об­щая гра­мот­ность и школь­ное об­ра­зо­ва­ние, по­яв­ле­ние те­ле­ви­де­ния, мас­со­вое про­из-во и по­треб­ле­ние стан­дар­ти­зи­ро­ван­ных то­ва­ров, рас­цвет ин­ду­ст­рии раз­вле­че­ний раз­ру­ши­ли тра­диц. на­род­ные К., сфор­ми­ро­вав уни­фи­ци­ро­ван­ную мас­со­вую куль­ту­ру.