115 лет назад, 27–28 мая (по н.с.) 1905 года, почти вся Вторая Тихоокеанская эскадра вице-адмирала З.П.Рожественского погибла в Цусимском проливе, сражаясь с Объединенным флотом Японии. Этот разгром ничего не изменил на театре военных действий. Японцы господствовали на море в течение всей войны, с самых первых ее дней. Но моральный эффект позорного поражения был колоссальным!
Никогда ранее русский флот не подвергался подобному разгрому! Цусима стала мощным катализатором революции 1905 года. Фактически именно она вынудила Николая II совершить огромную политическую ошибку, согласившись на мирные переговоры, которых уже давно и настойчиво добивались японцы, исчерпавшие за полтора года войны все свои финансово-экономические и людские ресурсы.
Император Николай II Александрович.
Это была не первая и не последняя ошибка несчастного императора. Однако именно после Цусимы и признания поражения во всей войне 1904–1905 годов Россия надолго утратила тот авторитет, который до этого удерживал врагов от нападений на нее.
Германский кайзер Вильгельм II впал в глубокое заблуждение, посчитав восточного соседа «колоссом на глиняных ногах», и решился в 1914-м воевать на два фронта. Вряд ли он осмелился бы на это, не будь Цусимы и позорного для России Портсмутского мира с Японией.
Для русского человека слово «Цусима» стало нарицательным. Как для немца — «Сталинград» или для француза — «Березина» и «Ватерлоо».
Военные историки до сих пор ломают копья в спорах о том, как такой разгром стал возможен и кто в нем виноват. Попробуем кратко ответить на эти вопросы.
Конфликт интересов
Поспешная отправка на Дальний Восток Второй Тихоокеанской эскадры была настоящей авантюрой. Растеряв время на раскачку и неуместное в условиях надвигающейся войны теоретизирование, царское правительство попыталось исправить так свои ошибки.
О том, что война с Японией неизбежна, стало понятно еще в 1895 году. Об этом Николая II информировал А.М.Безобразов, авантюрист, втершийся в доверие к царю. Предупреждая о неизбежности войны, он советовал смело идти на обострение отношений со Страной восходящего солнца ради выгод, которые должно было дать обладание Маньчжурией и Кореей.
Осторожные царские министры, более здраво оценивая сложившуюся к концу XIX века политическую обстановку, пытались противодействовать влиянию выскочки на самодержца. Но Николай II воспринимал только те доводы, которые соответствовали его собственному видению картины. А видение это, безусловно, входило в диссонанс с реальными экономическими возможностями страны, раскладом сил на мировой политической арене и неготовностью народа нести жертвы на алтарь честолюбивых планов царя.
А.Н.Куропаткин, занимавший перед войной пост военного министра, писал в дневнике: «Я говорил Витте, что у нашего государя грандиозные в голове планы: взять для России Маньчжурию, идти к присоединению к России Кореи. Мечтает под свою державу взять и Тибет. Хочет взять Персию, захватить не только Босфор, но и Дарданеллы. Что мы, министры, задерживаем государя в осуществлении его мечтаний, но все разочаровываем: он все же думает, что он прав, что лучше нас понимает вопрос славы и пользы России. Поэтому, каждый Безобразов, который поет ему в унисон, кажется государю более правильно понимающим его замыслы, нежели министры».
Японские правящие круги тоже претендовали на Маньчжурию. Корею же вообще считали зоной своих жизненных интересов, называя полуостров «ножом, направленным в сердце Японии».
С учетом того, что Николай II определил одной из главных стратегических целей своего царствования закрепление России на Тихоокеанских берегах, явный конфликт интересов был налицо. Разрешить его мирным путем не представлялось возможным.
Извечные наши «заклятые друзья» англичане, а также ряд американских банкиров во главе с небезызвестным Якобом Шифом (весьма зловещая фигура в истории России начала XX века), всемерно способствовали тому, чтобы как можно сильнее столкнуть лбами Японию и Россию.
Чтобы быстрее оснастить японские вооруженные силы современным оружием, американские банкиры предоставили нашему противнику кредиты на астрономическую по тем временам сумму в 2 миллиарда иен. А англичане занялись строительством японского флота.
Хочешь мира — готовься к войне
Россия тоже готовилась к войне. Но подготовка эта велась совсем не так, как того требовали обстоятельства: неспешно и в какой-то полудремоте. Везде и всюду сквозила недооценка противника. Сведущие люди предупреждали о недопустимости подобного отношения к японцам, однако их голоса тонули в хоре шапкозакидательских настроений.
Господствовало мнение, что вряд ли маленькая Япония решится на прямой военный конфликт с огромной и могущественной Россией. А в народе подданных микадо в шутку называли «макаками».
Имея втрое большую армию, военно-политическое руководство России не стало заблаговременно перебрасывать на Дальний Восток достаточные для противодействия японцам силы. Полагали, что это может быть расценено как провокация, а мы пока не были готовы к войне.
В 1941-м мы повторили эту ошибку, не вняв уроку истории!
Примечателен и такой факт. Когда за полтора месяца до начала боевых действий наместник Николая II на Дальнем Востоке адмирал Е.И.Алексеев на свой страх и риск приказал перекрасить боевые корабли из парадного белого в боевой зелено-оливковый цвет, то из Петербурга тут же последовали гневные оклики! Все те же обвинения в провоцировании врага!
Со строительством флота явно запаздывали. Сначала непростительно долго выбирали основной тип броненосцев. Выбрали при этом не более простой в строительстве «Ретвизан», а по-французски вычурный, сложный, хотя и чуть более сильный «Цесаревич».
Решили строить корабли преимущественно на отечественных верфях. Стремление весьма похвальное, но не в обстановке, когда англичане наращивали боевую мощь нашего врага стремительными темпами.
Американский заводчик У.Крамп получил заказ лишь на один «Ретвизан», хотя вполне мог к началу войны успеть поставить нашему флоту три таких броненосца (едва ли не лучших на тот момент в мире по соотношению цена/качество).
Новейший русский броненосец «Император Александр III».
Более того, если бы проекту «Ретвизан» было отдано предпочтение перед проектом «Цесаревич», то даже при строительстве броненосцев на отечественных верфях темпы пополнения флота существенно ускорились бы.
Перед самым началом войны у России появился шанс купить два построенных в Италии броненосных крейсера. От них отказалась заказавшая их Аргентина, урегулировавшая к тому моменту свои территориальные споры с Чили. Но контр-адмирал А.М.Абаза, посланный для заключения сделки, задачу не выполнил.
Ходили упорные слухи, что он требовал от продавцов непомерно большую сумму «комиссии» («отката») — 1 миллион рублей. Те не согласились. Официально же было объявлено, что крейсера не подошли нашему флоту конструктивно. Зато они подошли японцам, немедленно выкупившим эти корабли после того, как сделка с Россией сорвалась!
Но верхом преступной беспечности и самонадеянности стало все же другое обстоятельство. С целью демонстрации открытости и миролюбия японскую миссию допустили на верфи, где строились 5 наших новейших броненосцев. Благодаря этому, японцы смогли точно рассчитать время их вступления в строй и выбрать идеальный момент для начала войны!
Промедление в полгода заставило бы их сражаться на море уже против равных сил, а через год русский Тихоокеанский флот был бы сильнее японского.
Вышеуказанное обстоятельство, кстати, исчерпывающе объясняет причину, по которой японцы не пошли на компромисс, когда наша дипломатия стала делать запоздалые уступки. Со свойственным им циничным прагматизмом японцы отвергали все правила и приличия, если это мешало достижению поставленных целей.
Конструктивные ляпы и «экономия средств»
Построив флот и сосредоточив его у своих берегов, подданные микадо стали вести интенсивную подготовку. Стрельбы и маневры не прекращались! А ведь японцы и без того обладали неплохим боевым опытом: за десять лет до того они одержали неожиданную для всего мира оглушительную победу над Китаем, имевшим более сильный флот.
Ну а наши корабли в это самое время по «гениальному» предложению министра финансов С.Ю.Витте с целью «экономии средств» поочередно выводились в «вооруженный резерв». Это означало, что броненосцы стояли у причалов, а их команды, хоть и находились на борту, не занимались боевой подготовкой.
На борту наших кораблей, в том числе и новейших, в большом количестве присутствовали дерево и другие горючие материалы. Немецкие офицеры, допущенные осмотреть их, крайне удивились этому. Ведь было нетрудно предвидеть, что от попаданий фугасных снарядов противника неминуемо возникнут сильные пожары.
Конструкцию боевых рубок выбрали крайне неудачную. Крышу делали грибовидной, выступающей за габариты рубки. Из-за этого осколки снарядов, пролетавшие мимо непомерно широкой (30 см!) смотровой прорези, рикошетили от свесов крыши внутрь, буквально выкашивая командный состав и рулевых.
Особой проблемой стала конструкция наших снарядов. Если бронебойные можно с некоторой натяжкой признать удовлетворительными (японские аналоги вообще никуда не годились), то фугасные на порядок уступали японским бризантностью и зажигательным эффектом.
Дело в том, что за несколько лет до войны на вооружение флота были приняты облегченные крупнокалиберные снаряды. Облегчения достигли, уменьшив длину. Из-за этого очень сильно уменьшилась внутренняя полость, в которую закладывалась взрывчатка.
Проблему можно было решить, применив высококачественную сталь, позволявшую делать стенки снарядов тоньше. Тогда и места для взрывчатки оставалось бы достаточно. Но стоимость снарядов при этом значительно возрастала, и их посчитали чрезмерно дорогими!
Усугублялась проблема тем, что снаряды оснащались взрывателями замедленного действия, не доведенными до ума. Они оказались слишком тугими. Благая идея обеспечить взрыв уже после пробития брони привела к тому, что 25–35% снарядов не взрывалось вообще, пробивая обшивку!
Офицеры-артиллеристы в ходе пробных стрельб заподозрили неладное и обратились в Морской технический комитет. Там, однако, решили, что проводить повторные испытания поздно: заказ на снаряды был заводами уже почти полностью выполнен. К тому же испытания эти требовали дополнительных затрат в 70 тыс. рублей, что шло вразрез с политикой «экономии средств». Разве можно назвать такой подход иначе, нежели преступным? Один броненосец обходился казне в 200(!) раз дороже!
И грянул гром
Прекрасно зная, что японцы завершили подготовку к нападению, Николай II категорически отказал адмиралу А.М.Алексееву в просьбе отменить вывод кораблей в «вооруженный резерв». Не одобрил он и идею наместника о нанесении врагу упреждающего удара. А ведь не было секретом, что японцы объявили войну Китаю лишь через неделю после начала боевых действий!
Неужели царь рассчитывал, что по отношению к России они будут не столь коварны? Если так, то его расчет не оправдался. Враг напал без объявления войны, и нападение это застало Первую Тихоокеанскую эскадру врасплох.
Корабли II Тихоокеанской эскадры в походе.
В результате ночной атаки японских миноносцев, лучшие наши броненосцы — «Цесаревич» и «Ретвизан» — получили торпедные попадания, надолго выбыв из строя. Враг с первого дня войны прочно захватил господство на море.
Прибытие на Дальний Восток легендарного вице-адмирала С.О.Макарова несколько улучшило положение. Ремонт поврежденных кораблей пошел намного быстрее. Эскадра стала чаще выходить из Порт-Артура и вступать в перестрелки с вражеским флотом. А главное — сильно поднялся боевой дух моряков. Но гибель флотоводца при подрыве на мине нашего флагманского броненосца «Петропавловск» перечеркнула надежды.
За флагман русские моряки врагу отомстили. Месяц спустя пошли ко дну сразу два японских броненосца, напоровшихся на наши мины. Только вот второго Макарова в России не было! После его гибели эскадра стала вспомогательной силой для защиты Порт-Артура, хотя изначально крепости и флоту отводились совершенно другие роли.
Генерал от инфантерии А.Н. Куропаткин.
Плохо складывались дела и на сухопутном фронте. Армия долго отступала под натиском превосходящих сил японцев. Но даже когда численность войск сравнялась, русский главнокомандующий генерал А.Н.Куропаткин отдавал приказы на отступление, исходя из спорной стратегии, выраженной словами «терпение, терпение и еще раз терпение».
Тут надо отметить, что, назначив Куропаткина главнокомандующим, Николай II удивил всех, даже самого генерала. Он был честным, порядочным, лично храбрым человеком, отличным организатором, много хорошего сделавшим на должности военного министра. Но полководцем он не был! Ему очень не хватало для этого решительности.
Легендарный М.Д.Скобелев, под началом которого А.Н.Куропаткин когда-то служил, предупреждал его об этом. Знали мнение Скобелева и в широких армейских и светских кругах. Но император Николай Александрович был на редкость упрям и, к тому же, начисто лишен управленческого умения назначать способных людей на ключевые должности. Проявилось это и при назначении командующего Второй Тихоокеанской эскадрой.
Уповая на силы небесные
Зиновий Петрович Рожественский вовсе не был тем бездарем и самодуром, каким изобразил его в романе «Цусима» А.С.Новиков-Прибой. Советский писатель и большевик просто не мог по-другому преподнести читателю образ царского адмирала, повинного в чудовищном разгроме.
Рожественский действительно был человеком нервным и вспыльчивым. Но и достоинств у него было более чем достаточно. Отнюдь не карьерист, прямо говорил о недостатках во флоте. Женился исключительно по любви, на бесприданнице.
Вице-адмирал З.П. Рожественский.
В походе к Цусиме адмирал запретил отдавать под трибунал нескольких матросов, заразившихся революционной пропагандой и уличенных в распространении нелегальной литературы. Он заявил, что они и так будут рисковать жизнями в бою, и что любой из них может впоследствии оказаться героем. Так, к слову, и вышло. В сражении они проявили примерную отвагу.
Если же говорить о профессиональных качествах, то и тут Рожественский выделялся из общей массы рутинеров Морского ведомства. Специальностью своей — артиллерийским делом — владел отлично. Кроме того, был блестящим организатором. Он за пару лет с нуля создал военно-морские силы Болгарии, получившей независимость после русско-турецкой войны 1877–1878 годов. В той войне Рожественский отличился, будучи еще молодым офицером.
Одно было плохо: талантом флотоводца он не обладал. В чем же, собственно, проявляются полководческие или флотоводческие способности? Главным образом в умении видеть ошибки противника, вынуждать его совершать их и быстро на них реагировать, внезапно преподнося оппоненту неприятные сюрпризы.
Этому, конечно, можно и нужно учиться. Но без природного таланта выдающихся результатов достичь не удастся.
Николай II приметил молодого контр-адмирала после того, как он успешно справился с рядом непростых организационных задач, и решил, что можно поручать Рожественскому любое трудное дело. Потому-то он и назначил начальника Главного морского штаба командующим эскадрой, которая должна была отправиться на выручку нашим блокированным в Порт-Артуре кораблям.
На полпути к цели, во время стоянки у Мадагаскара, пришло известие о падении Порт-Артура и гибели Первой Тихоокеанской эскадры. Выручать стало некого, и поход потерял изначальный смысл.
Рожественский ждал приказа о возвращении Второй эскадры на Балтику. Когда такового не последовало, сообщил царю, что теперь видит свою задачу лишь в прорыве во Владивосток с потерей минимального количества кораблей.
Ответ самодержца, однако, гласил, что «задача состоит не в том, чтобы с некоторыми судами прорваться во Владивосток, а в том, чтобы завладеть Японским морем».
Вот так! Не больше и не меньше! И неважно, что силы эскадры даже номинально уступали японским в полтора раза! Кроме того, царь в телеграмме напомнил адмиралу о России. Она, мол, с «верой и крепкой надеждой взирает на вас».
К многочисленным упованиям на силы небесные царь прибавил и более осязаемую помощь в виде отряда устаревших кораблей, срочно вышедших из Балтики под флагом контр-адмирала Н.И.Небогатова для усиления эскадры.
По количеству броненосных кораблей объединенная эскадра сравнялась с японским флотом, но сведущих в военно-морском деле людей это не могло ввести в заблуждение. Современным, быстроходным и почти однотипным кораблям японцев, уже год повоевавшим, противопоставлялась разношерстная армада с экипажами, не имевшими боевого опыта и обучавшимися стрельбе и маневрированию по пути к театру военных действий.
Без шансов на победу
Был ли у Рожественского реальный шанс выиграть бой с японским флотом? На этот вопрос можно ответить однозначно: нет! Прежде всего, его эскадра уступала противнику в скорости. Сильно уступала. Более чем в полтора раза. А большие маневры английского флота, трижды проводившиеся незадолго до русско-японской войны, однозначно показали, что даже менее сильная, но более быстроходная эскадра получает огромное преимущество.
Классическая тактика морского боя тех лет предписывала колонной своих кораблей обогнать вражескую, свернуть ей наперерез и выбивать головные вражеские корабли концентрированным огнем всех своих пушек. Понятно, что скорость приобретала тут решающее значение.
Японцы к тому же имели большое преимущество в скорострельных пушках среднего калибра. Потопить ими броненосец было почти нереально, зато выбить артиллерию и личный состав противника ураганным огнем вполне возможно. Единственным весомым аргументом нашей эскадры был перевес (41:17) в орудиях крупного калибра, пусть даже частью и устаревших. На него и сделал Рожественский акцент в боевом приказе перед сражением. Но всем этим пушкам надо было обеспечить удобную для огня по врагу позицию. При большом преимуществе противника в скорости добиться этого было почти невозможно.
Рожественский, прекрасно понимая, что шансов на победу у него мало, надеялся обмануть японского командующего адмирала Того Хэйхатиро, проскочив во Владивосток незамеченным. Но наш адмирал совершил пару ошибок, и они демаскировали его замысел. Пришлось принимать бой в неблагоприятных обстоятельствах.
Главной же ошибкой Рожественского стала его пассивность в бою. Корабли шли на малой скорости, двигаясь предсказуемо, как мишени для вражеских орудий. Адмирал надеялся отстреляться от японцев крупнокалиберными пушками. Он не вел бой, а прорывался к порту назначения. По меткому выражению одного из историков флота, наша эскадра «терпела бой».
В оправдание Рожественскому можно сказать, что в эту войну до Цусимского сражения ни один крупный корабль не был потоплен огнем артиллерии. И наш командующий считал главной опасностью не пушки врага, а ночные торпедные атаки вражеских миноносцев. Именно поэтому корабли Второй эскадры были выкрашены в черный цвет, а самый опасный участок пути, Цусимский пролив, адмирал решил преодолевать днем.
Но, к нашему сожалению, адмирал Того сделал правильные выводы из всех своих предыдущих ошибок. Он сразу же сократил дистанцию боя для того, чтобы дать возможность японским орудиям среднего калибра обрушить шквал огня на наши новейшие броненосцы. Огромным количеством точных попаданий японцы подавили ответный огонь русских кораблей, поначалу удививший их своей меткостью.
Х. Того навещает в госпитале тяжело раненого З.П. Рожественского .
Чтобы обеспечить выход своих кораблей на дистанцию эффективного огня, японский командующий здорово рискнул. Он, на виду у всей нашей эскадры, совершил петлеобразный разворот. Конечно, предлагавшийся в «Цусиме» Новикова-Прибоя дружный бросок наших кораблей на полном ходу в сторону места разворота японцев был невозможен. Это давно и предельно убедительно доказано, но Рожественский мог ответить контрманевром и разойтись в самом начале боя с противником на контркурсах. Тем самым он заставил бы оппонента потерять драгоценное время и, главное, не подставил бы лучшие броненосцы, единственную свою надежду, под сосредоточенный огонь всей вражеской эскадры.
Буквально в первый же час боя вопрос о победителе был снят. Броненосец «Ослябя» затонул, флагман Рожественского «Князь Суворов» превратился в пылающий факел. Сам адмирал получил несколько ранений. Одно из них было тяжелым и вывело русского командующего из строя.
Несколько раз в ходе дневной части сражения японцам сильно повезло. Сначала не разорвался крупнокалиберный снаряд, попавший в район мостика броненосца «Микаса», где находился Того со своим штабом.
Вторым примером нашего невезения стало попадание крупнокалиберного
Броненосец Микаса флагманский корабль Объединённого флота Японии.
снаряда в кормовую башню броненосца «Фудзи». Мало того, что от слабого взрыва пробившего броню снаряда не сдетонировал сразу боекомплект, так и возникший в башне пожар затушило сильным напором воды из перебитой крупным осколком трубы гидропривода поворота башни. Боекомплект опять не взорвался! А ведь взрыв наверняка отправил бы японский броненосец на дно.
С учетом того, что один из японских броненосных крейсеров к этому времени был сильно поврежден и надолго вышел из боя, счет потерянным кораблям должен был сравняться!
Ночью разрозненные остатки Второй Тихоокеанской эскадры подверглись массированным атакам японских миноносцев. Оставшиеся под командой Небогатова пять кораблей утром следующего дня оказались окружены всей эскадрой Того. Небогатов спустил флаг, оправдываясь тем, что спасает «две тысячи молодых жизней».
Примерное положение кораблей на момент открытия огня.
Погибаю, но не сдаюсь
С этим позорным решением многие были не согласны. В их числе оказался и командир легкого крейсера «Изумруд», барон В.Н.Ферзен. Приказав дать полный ход, он прорвался между сходящимися вражескими колоннами и ушел от погони, пользуясь тем, что в японском флоте не было крейсера, способного угнаться за «Изумрудом».
Другие наши корабли, поодиночке двигавшиеся к Владивостоку, такого преимущества над врагом не имели. Но и их команды предпочли сдаче в плен смертельную схватку с противником без шансов на успех.
Геройски погибли в неравном бою с врагом крейсера «Дмитрий Донской», «Владимир Мономах», «Адмирал Нахимов», «Светлана», эскадренный броненосец «Наварин», броненосец береговой обороны «Адмирал Ушаков» и несколько эскадренных миноносцев.
Наши матросы и офицеры, выжившие в смертельном бою, пользовались уважением японцев, взявших их в плен из воды. К «небогатовцам» отношение было демонстративно-презрительным.
И в первый день сражения было совершено множество подвигов. Командир броненосца «Ослябя» В.И.Бэр до последней секунды жизни руководил спасением команды с тонущего корабля, сам предпочтя погибнуть вместе с броненосцем. Даже А.С.Новиков-Прибой, с его пролетарской ненавистью к офицерству, отметил, что перед лицом смерти командир «Осляби» был великолепен.
Японские броненосцы ведут стрельбу по нашей эскадре.
Геройски вели за собой эскадру и погибли вместе с командами командиры броненосцев «Александр III» и «Бородино» Н.М.Бухвостов (потомок первого солдата Преображенского полка) и П.И.Серебренников.
Команда тонущего броненосца «Князь Суворов» до последнего вела огонь по миноносцам врага из единственной оставшейся целой малокалиберной пушки и даже из винтовок!
На этом фоне заслуживает глубокого презрения Н.В.Баранов, командир миноносца «Бедовый», до войны бывший в любимчиках у Николая II за свое умение подойти красивым строевым шагом и бодро отдать рапорт. Он без боя сдал корабль всего лишь одному японскому миноносцу. На «Бедовом» находился тяжелораненый З.П.Рожественский, и Баранов оправдывал свое решение тем, что боевой корабль фактически был «госпитальным судном», а он посчитал, что жизнь адмирала дороже любого корабля.
Общая схема дневной фазы Цусимского сражения.
Автор трилогии о Цусиме «Расплата» В.И.Семёнов, не имея возможности ходить из-за тяжелых ранений в ноги, выполз на палубу на руках и пытался воспрепятствовать сдаче, но ничего не смог поделать. Так Баранов, наряду с Небогатовым, опозорил Андреевский флаг.
Но все же тех, кто храбро сражался с врагом и до последней возможности оставался верен воинскому долгу, было несравнимо больше. В память о погибших при Цусиме на народные пожертвования была построена в Петербурге церковь Спаса-на-Водах. В 1932 году ее взорвали, несмотря на тысячи собранных в защиту храма подписей.
Но память о Цусиме невозможно вытравить. Мы всегда должны помнить о людях, отдавших жизнь за Отечество! Независимо от того, добились они победы или потерпели горькое поражение. «Мертвые срама не имут»! А еще мы должны делать из поражений выводы и не допускать повторения приведших к ним ошибок! Никогда больше Цусима не должна повториться!
14 (27) мая — 15 (28) мая 1905 года русская 2-я Тихоокеанская эскадра, шедшая на помощь 1-й Тихоокеанской эскадре, заблокированной в Порт-Артуре, была разгромлена японским флотом. Термин «Цусима» даже стал нарицательным обозначением любого фиаско. Потрясение русских моряков и всех россиян понять легко, ведь потери в кораблях были огромны. Общий шок позволил российской оппозиции яростно обвинять «гнилое самодержавие», которое якобы «не смогло подготовить флот к войне». Цусимская катастрофа стало одной из причин революционных событий в 1905-1906гг.
Русская эскадра в походе
Попытаемся спокойно рассмотреть действия сторон по основным пунктам и разобраться, как говорится, «без политики».
1. Корабельная артиллерия.По орудиям крупного калибра (254—305 мм) значительное преимущество было на стороне русской эскадры — 41:17; по среднему калибру лидировали японцы: 200 мм — 6:30, 150 мм — 52:80. Русские 12-дюймовые снаряды наносили противнику огромный ущерб. Например, на броненосце «Фудзи» русский снаряд пробил 6-дюймовую броню у правого орудийного порта, прошел вдоль орудия и разорвался на верхней траверсе. Тыльная плита была выбита взрывом и вылетела за борт, а большая часть крыши была сорвана. Находившийся в орудии полузаряд вспыхнул, загорелись также находившиеся в верхнем заряднике 8 четвертьзарядов, 8 человек погибло и 9 человек было ранено. Были и другие повреждения.
Ясно, что японцам нужно было как можно быстрее устранить русское преимущество в крупнокалиберной артиллерии и они выполнили эту задачу, в 1-ю очередь уничтожив лучшие русские броненосцы. В итоге мощная русская артиллерия вела огонь недолго и не смогла причинить кораблям адмирала Того фатальные повреждения.
Броненосец «Микаса» получил около 40 попаданий и потерял 113 человек. На корабле, не считая мелких, вышли из строя одно 305-мм и два 152-мм орудия. Этот японский броненосец стрелял не быстрее, чем русский броненосец «Орел»; он израсходовал всего 124 снаряда главного калибра.
Повреждения внутри корпуса на броненосце «Микаса»
Русский броненосец «Орел» получил около 70 попаданий снарядами калибром от 152 до 305 мм. Внешняя картина разрушений была впечатляющей — многочисленные пробоины небронированного борта, искалеченные надстройки, разрушенные и обгоревшие ростры, шлюпки. Корабль был серьезно поврежден, экипаж потерял 41 человека убитыми и 87 человек ранеными. Однако он сохранил ход и значительную часть боеспособности, в том числе три 305-мм, пять 152-мм и десять 75-мм орудий. Эффект неприятельских попаданий сказался на интенсивности огня броненосца, тем не менее он 14 мая выпустил по противнику сто восемьдесят пять 305-мм и более восьмисот 152-мм снарядов.
Броненосец «Орел» после сражения
2. Боеприпасы.Русские бронебойные снаряды обладали серьезными недостатками: малое количество взрывчатки, чрезвычайно тугой взрыватель (рассчитанный на срабатывание только после пробивания снарядом брони), из-за чего при попадании в небронированную часть борта или надстройку они не всегда взрывались. Из двадцати четырех 305-мм снарядов, попавших в японские броненосные корабли, не разорвались восемь (33%). Это, без сомнения, отрицательно сказалось на эффективности их воздействия. Но русские снаряды в этом сражении пробили броневые казематы 152-мм орудий на «Mikasa» и «Shikishima» (шестидюймовую броню Терни), на «Azuma» — шестидюймовую броню Круппа. Серьезнее пострадал крейсер «Asama» — снаряд пробил толстую броню кормовой оконечности и повредил рулевое управление.
Однако не стоит считать, что японские снаряды были значительно лучше русских. В японских 305-мм фугасных снарядах с очень чувствительным взрывателем 8,5% массы занимала шимоза (лиддит, или мелинит), превосходившая по бризантному действию бездымный порох русских аналогов. Эти снаряды легко повреждали надпалубные постройки русских кораблей, но не пробивали мал-мальски приличную броню. И еще: в отличие от русских снарядов японские имели крайне неприятное свойство разрываться в стволах своих собственных орудий. Например, в Цусимском сражении крейсер «Ниссин» таким образом потерял три 8-дюймовых орудия из четырёх.
Повреждения на японском крейсере «Ниссин» — орудийная башня главного калибра лишилась обоих стволов
Главным итогом решающего дневного боя стала гибель ядра русской эскадры — броненосцев «Император Александр III», «Князь Суворов» и «Бородино», а также быстроходного «Ослябя». Четвертый броненосец типа «Бородино» — «Орел» получил большое количество попаданий, но сохранил боеспособность. Из 360 попаданий крупных снарядов около 265 приходилось на долю вышеупомянутых кораблей. Русская эскадра вела менее сосредоточенный огонь, и, хотя главной целью являлся броненосец «Микаса», в силу невыгодного положения русские артиллеристы были вынуждены переносить огонь на другие корабли противника.
Главной причиной гибели четырех лучших русских кораблей явилась не чудодейственность японских снарядов (кстати, после войны японцы от них отказались), а большое количество попаданий. Броненосцы типа «Бородино» до самого конца сохраняли целым свой бронированный борт, обеспечивавший необходимую плавучесть. Но многочисленные попадания привели к образованию огромных пробоин в легком небронированном борту, куда заливалась вода от постоянно рвавшихся вблизи снарядов. Роковую роль сыграли многочисленные пожары; во время их тушения на палубы обрушивали огромное количество воды. Попадая внутрь, она способствовала снижению остойчивости и появлению крена. Сам по себе он не был опасен, так как при налаженной трюмной службе быстро спрямлялся. Однако русские корабли были перегружены углем, поэтому верхний броневой пояс погружался в воду при крене 6,5 градусов вместо 10,5 по проекту.
Японцам из-за низких боевых характеристик снарядов нужно было добиться большого количества попаданий в русские корабли, компенсировав качество количеством. Японский командующий Того сумел обеспечить это, взяв голову русской колонны в полукольцо благодаря значительному превосходству в скорости. Грамотно выбранный Того маневр «черта над Т» (еще встречается термин «петля Того»)позволил ему разгромить мощную русскую броненосную эскадру почти без потерь.
3. Скорость хода кораблей.Преимущество японских кораблей в скорости стало основным фактором, обусловившим гибель русской эскадры. Русская эскадра вела бой на скорости 9 узлов; японский флот — 16. Причем следует отметить, что большинство русских кораблей могли развивать куда больший ход. Русские превосходили противника по количеству новейших броненосцев. Четыре русских броненосца типа «Бородино» могли развивать скорость до 18 узлов, многие русские корабли 2-го и 3-го боевых отрядов могли дать скорость в 12-13 узлов.
Связав русскую эскадру тихоходными транспортами и устаревшими кораблями, которые были бесполезны, командующий эскадрой адмирал Рожественский предопределил исход боя. Имея большое преимущество в скорости, японский флот вел бой в выгодных для себя условиях. Длительный дневной бой был отмечен рядом пауз, когда противники теряли друг-друга из вида и у русских кораблей вроде бы появлялся шанс прорыва, но невысокая скорость сопровождения транспортных судов приводила к тому, что противник снова настигал русскую эскадру.
4. Управление сражением (человеческий фактор).Здесь все ясно, японский командующий Того полностью переиграл русского командующего Рожественского. Собственно, конкретно этот «человеческий фактор», а вовсе не гипотетическое «гнилое самодержавие», стал главной причиной катастрофы, постигшей русскую эскадру. Переход командования от раненого Рожественского к адмиралу Небогатову уже не мог ничего изменить, ведь главные ошибки совершены были еще до начала сражения.
Японские корабли в боевом строю ведут огонь
Общий вывод.Вне всякого сомнения, русская эскадра имела все возможности сразиться с японским флотом достойно. Русские корабли имели достаточное бронирование и вполне современную артиллерию, значительная часть эскадры имела не уступающую противнику скорость. Японцы одержали победу только из-за критических ошибок, допущенных адмиралом Рожественским. Превосходство в скорости позволило им применить оружие в выгодной обстановке и, сосредоточив огонь на лучших русских броненосцах, добиться большого количества попаданий и потопления или фатальных повреждений. Классический маневр японцев был направлен на создание благоприятных условий для действия артиллерии и, благодаря значительному превосходству в скорости, был успешно выполнен. В общем итоге 22 русских боевых корабля пошли на дно, 5045 русских моряков погибли. Японцы потеряли всего 3 миноносца, людские потери были также незначительны. Россия, потерпев худшую в истории своего флота катастрофу, оказалась отброшенной в разряд второстепенных морских держав.
Что могли сделать и не сделали адмирал Рожественский и Главное командование флотом? Возможны следующие варианты:1. Не отправлять эскадру в беспримерный труднейший поход фактически вокруг света, не имея надежных баз ремонта и снабжения на ТВД. Все равно исход войны решался на суше.2. Отделить вспомогательные суда от главных сил, направив их во Владивосток под охраной крейсеров вокруг Японии или оставив их до окончания сражения в районе одного из китайских портов.3. Послать на ТВД не огромную громоздкую эскадру, а отряд быстроходных крейсеров, который бы устроил морскую блокаду Японии.
Опыт русско-японской войны внимательно изучали эксперты всех морских держав. Он оказал большое влияние на дальнейшее развитие флотов и военно-морского искусства. Тактический прием, успешно примененный адмиралом Того, военно-морские теоретики признали классическим и рекомендовали как универсальный. Возросшие дистанции боя уменьшили значение орудий среднего калибра; это потребовало пересмотра системы артиллерийского вооружения. Возникла необходимость разработки новых способов управления огнем, которые бы обеспечили его эффективность на больших дистанциях. Применение мощных фугасных снарядов заставило еще больше увеличить площадь бронирования борта, а увеличение дистанции боя — усилить горизонтальную защиту. Отчетливо выявилось значение живучести и остойчивости кораблей, а также превосходства в скорости хода. Цусимское сражение закончило историю тихоходных броненосцев и дало старт эпохе быстроходных линкоров.
Я считаю, что позорным можно назвать поражение, если силы противников были хотя бы примерно равны, и уж тем более, если проигравшая сторона превосходила противника в численности и вооружении. Так, например, позорным является поражение русской армии под Нарвой в 1700 году, когда около 40 тысяч русских были наголову разгромлены 18-тысячным шведским гарнизоном. Но ни в коем случае позором не является провальный Прутский поход 1711 года, где русская армия была вынуждена фактически капитулировать перед более чем 140-тысячным турецким войском. Не является позором и поражение армии Карла XII под Полтавой (по тем же причинам). Специально привожу эти примеры, чтобы избежать обвинений в ура-патриотизме.
Давайте рассмотрим соотношение сил как в Цусимском сражении, так и в том, что ему предшестаовало. Во-первых
, прежде чем встретиться в бою с японским флотом, 2-й Тихоокеанской эскадре пришлось проделать путь из Балтийского моря к берегам Японии через три океана протяженностью около 34 тысяч километров. И этот путь был совсем не легкой прогулкой.
Путь 2-й Тихоокеанской экскадры
Огибая Африку, русские корабли то попадали в полосу проливных тропических дождей, то шли в сплошном тумане, то входили в полосу многодневных непрерывных штормов. Условия перехода были невыносимо тяжелыми, уголь приходилось грузить с немецких угольщиков вручную, прямо в открытом море, в страшную тропическую жару — день и ночь, грязные и уставшие матросы буквально валились с ног. Немцы за простой судов взимали по 500 рублей за сутки, а сама цена за уголь была астрономической. Топливом запасались до предела, им заваливались даже жилые помещения, и на кораблях часто возникали пожары. Путь эскадры Рожественского из Либавы (Лиепаи), откуда она вышла 2 октября 1904 года до Цусимы занял 7 с половиной месяцев. Так что к моменту сражения эскадра и ее экипаж были настолько измотаны, что их боеспособность просто не могла быть на высоком уровне. К этому необходимо добавить и психологический настрой русских моряков. Эскадра спешила на помощь осажденному японцами Порт-Артуру и 1-й Тихоокеанской эскадре, находившейся на его рейде. Но когда 2-я эскадра была уже на Мадагаскаре, были получены известия о том, что Порт-Артур пал, а 1-я эскадра погибла. Дальнейшее следование к Порт-Артуру потеряли всякий смысл. Задача, которая ставилась перед этим походом — соединиться с порт-артурской эскадрой и развернуть военные действия против японцев, чтобы завладеть Японским морем, стала невыполнимой. Командующий эскадрой Рожественский хорошо понимал нецелесообразность и гибельный конец этого предприятия, но не смел возразить императору Николаю II, который настаивал на продолжении похода.
Вице-адмирал Зиновий Петрович Рожественский
А в это время японцы, решившие вопрос с Порт-Артуром и ликвидацией 1-й Тихоокеанской эскадры, спокойно поджидали русских в своих территориальных водах, в Корейском проливе. Адмирал Х. Того хорошо под готовился к сражению, сосредоточив еще в январе 1905 года у Цусимских островов три эскадры и — для более успешных действий — разделив их еще на два-три отряда, чтобы не дать возможности русским кораблям прорваться во Владивосток.
Адмирал флота, маркиз Хэйхатиро Того
Японский флагман «Микаса»
, соотношение сил в Цусимском сражении было более чем неравным. Вот простые цифры:
СОСТАВ КОРАБЛЕЙ РУССКОЙ 2-й ТИХООКЕАНСКОЙ ЭКСАДРЫ В ЦУСИМСКОМ СРАЖЕНИИ:
— 8 эскадренных броненосцев;- 3 броненосца береговой обороны;- 1 броненосный крейсер;- 8 крейсеров:- 1 вспомогательный крейсер;- 9 эсминцев.Всего: 30 боевых кораблей.
СОСТАВ ЯПОНСКОГО ФЛОТА
— 4 эскадренных броненосца;- 8 броненосных крейсеров;- 16 крейсеров;- 6 канонерских лодок;- 24 вспомогательных крейсера;- 21 эсминец;- 42 миноносца.Всего: 121 боевой корабль.
Кроме того, японские корабли обладали большей бронированностью: у русских судов было бронировано 40% площади, а у японских — 61%. Также японские корабли намного превосходили русскую эскадру скорострельностью. Если русские могли произвести 134 выстрела в минуту, то японцы — до 360 выстрелов. А в качестве стрельбы преимущество японцев было просто подавляющим: русские корабельные орудия выстреливали в минуту около 200 кг. взывчатого вещества (из которого взрывалось только четверть), тогда как японская артиллерия — до 3000 кг. фугасных снарядов.
Боюсь, что уже утомил вас цифрами, поэтому переходу к
Цусимское сражение, безусловно, является разгромом, но никак не может называться позором русского флота. В середине мая 1905 года произошло то, что не могло не произойти: полное фиаско внешней политики царского режима (в этом отношении В. И. Ленин совершенно прав). С другой стороны, как и во все времена, Россия воевала одна против всех. И это глупо отрицать.
Несмотря на трагический финал Цусимского сражения, сам по себе 220-дневный переход русской эскадры через три океана в исключительно тяжелых условиях, да еще и бой, пусть и вчистую проигранный, с намного превосходящими силами противника, является подвигом. Если кто-то с этим не согласен, я готов поспорить.
Кстати, в честь этого подвига
в 1907 году была выпущена медаль
. Вот так она выглядит:
Лицевая сторона медали:
December 9 2013, 19:18
Русские корабли в ЦУСИМСКОМ сражении
Продолжаю начатую предыдущим постом тему Русско — японской войны 1904 — 1905 годов и ее финального сражения Цусимского морского боя 14 — 15 мая 1905 года. На этот раз речь пойдет о боевых кораблях 2-й Тихоокеанской эскадры, принявших участие в сражении с японским флотом, и о их судьбе. (Дата в скобках после названия корабля означает его спуск на воду после постройки) Кроме того, всем, кто интересуется историей Отечества, я думаю, будет интересно увидеть, как выглядели боевые российские корабли более чем сто лет назад.
1. Флагман — эскадренный броненосец «КНЯЗЬ СУВОРОВ» (1902)Погиб в бою
2. Броненосный крейсер «ОСЛЯБЯ» (1898)Погиб в бою
3. Броненосный крейсер «АДМИРАЛ НАХИМОВ» (1885)Погиб в бою
4. Крейсер 1-го ранга «ДМИТРИЙ ДОНСКОЙ» (1883)Затоплен экипажем
5. Крейсер 1-го ранга «ВЛАДИМИР МОНОМАХ» (1882)Затоплен экипажем
6. Броненосец «НАВАРИН» (1891)Погиб в бою
7. Эскадренный броненосец «ИМПЕРАТОР НИКОЛАЙ ПЕРВЫЙ» (1889)Сдался в плен. Позже вошел в состав японского флота
8. Броненосец береговой охраны «АДМИРАЛ УШАКОВ» (1893)Затоплен экипажем
9. Броненосец береговой охраны «АДМИРАЛ СЕНЯВИН» (1896)Сдался в плен. Вошел в состав японского флота
10. Броненосец береговой охраны «ГЕНЕРАЛ-АДМИРАЛ АПРАКСИН» (1896)Сдался в плен. Вошел с состав японского флота
11. Эскадренный броненосец «СИСОЙ ВЕЛИКИЙ» (1894)Погиб в бою
12. Броненосец «БОРОДИНО» (1901)Погиб в бою
13. Крейсер 2-го ранга «АЛМАЗ» (1903)Был единственным из крейсеров, прорвавшимся во Владивосток
14. Бронепалубный крейсер 2-го ранга «ЖЕМЧУГ» (1903)Ушел в Манилу, где был интернирован, после окончания войны вернулся в состав русского флота.(То же относится ко всем русским кораблям, которые смогли оторваться от преследования японскогофлота и дошли до портов нейтральных государств)
15. Бронепалубный крейсер 1-го ранга «АВРОРА» (1900)Ушел в Манилу
16. Броненосец «ОРЕЛ» (1902)Сдался в плен. Вошел в состав японского флота
17. Броненосный крейсер 1-го ранга «ОЛЕГ» (1903)Ушел в Манилу
18. Броненосец «ИМПЕРАТОР АЛЕКСАНДР ТРЕТИЙ» (1901)Погиб в бою
19. Броненосный крейсер 1-го ранга «СВЕТЛАНА» (1896)Затоплен экипажем
20. Вспомогательный крейсер «УРАЛ» (1890)Затоплен экипажем
21. Эскадренный миноносец «БЕДОВЫЙ» (1902)Сдался в плен. Вошел в состав японского флота
22. Эскадренный миноносец «БЫСТРЫЙ» (1902)Взорван экипажем
23. Эскадренный миноносец «БУЙНЫЙ» (1901)Погиб в бою
24. Эскадренный миноносец «БРАВЫЙ» (1901)Сумел прорваться во Владивосток
25. Эскадренный миноносец «БЛЕСТЯЩИЙ» (1901)Затоплен экипажем
26. Эскадренный миноносец «ГРОМКИЙ» (1903)Затоплен экипажем
27. Эскадренный миноносец «ГРОЗНЫЙ» (1904)Сумел прорваться во Владивосток
28. Эскадренный миноносец «БЕЗУПРЕЧНЫЙ» (1902)Погиб в бою
29. Эскадренный миноносец «БОДРЫЙ» (1902)Ушел в Шанхай
Таким образом, в Цусимском сражении из 29 боевых кораблей 2-й Тихоокеанской эскадры в бою, сражаясь до конца, погибли 17 кораблей (включая те, которые не желая сдаваться врагу и не имея возможности продолжать бой, были взорваны собственным экипажем или затоплены открытием кингстонов, чтобы не доставаться врагу). 7 кораблей доблестно сражаясь с японцами, после того, как все было кончено, разными путями сумели сохраниться как боевые единицы, уйдя в нейтральные порты, или прорвавшись к своим во Владивосток. И только 5 кораблей сдались в плен японцам. На этот раз никакого вывода не будет. Делайте его сами, если вам интересна история нашей страны, состоящая не из одних только побед, но и из поражений.
