Помните, мы обсуждали такое утверждение, что Крейсер «Аврора» ненастоящий. Теперь вот поговорим про символ Революции — выстрел.
Комендор крейсера «Аврора» Евдоким Огнёв
Есть в Воронежской губернии небольшая речушка, на пути своём совершающая множество изгибов. От того, что извилистая, и название её — Криуша. В 30-х годах XVIII века казаки-переселенцы образовали на берегах реки село, которое так и стало называться — Криуша. Позднее, когда близ села было образовано новое с таким же названием, древнее поселение начали называть Старой Криушей, а более молодое — Новой.
Здесь в 1887 году родился Евдоким Павлович Огнёв — комендор крейсера «Аврора», который произвёл исторический выстрел, послуживший сигналом к штурму Зимнего дворца в октябре 1917 года.
В самой Криуше поиски материалов об односельчанине организовала библиотекарь Е.А. Артамонова. Старожилы вспомнили семью Огнёвых, их родственников. Оказалось, что в Старой Криуше живут две двоюродные сестры Евдокима Огнёва. Старшая из них — Мария Фоминична Овчарова — рассказала, что Евдоким всё время писал сестре Пелагее Павловне с флота и с Дона, где воевал. В 1918 году из отряда Огнёва проездом останавливались у Пелагеи Павловны два бойца, которым комендор дал адрес сестры.
Павел Прокофьевич (отец Евдокима Павловича), пекарь по профессии, в поисках лучшей жизни вместе с семьёй часто переезжал с места на место. Теперь достоверно известно, что Огнёвы после Старой Криуши жили на хуторе Третий Лог (ныне Волгоградской области), на хуторе Попов, в станицах Михайловской, Зотовской, Великокняжеской (теперь Пролетарская Ростовской области).
На военной службе Огнёв с 1910 года. Изначально он был матросом Балтийского флота, а по окончании школы комендоров в 1911 году получил направление на крейсер «Аврора».
Из воспоминаний А.В. Белышева, бывшего первого комиссара крейсера «Аврора»:
«25 октября 1917 года «Аврора» по Неве подошла к Васильевскому мосту и стала на якорь. На рассвете тысячи петроградских рабочих пришли на набережную, приветствуя военных моряков. Никогда прежде так далеко в город не заходили такие крупные боевые корабли.
Силы революции множились и крепли. По сведённому мосту с Васильевского острова шли к центру города отряды красногвардейцев и солдат.
К утру весь город и его важнейшие стратегические пункты кроме Зимнего дворца, где укрылось временное правительство, были в руках восставшего народа. Под вечер к крейсеру подошёл буксир. На «Аврору» прибыл секретарь Военно-Революционного Комитета В.А. Антонов-Овсеенко. Он рассказал, что временному правительству предъявлен ультиматум — сдаться. Ответ ожидается до 9 часов. Если ультиматум будет отклонён, революционные отряды возьмут Зимний дворец, где укрылись министры, штурмом. Антонов-Овсеенко предупредил, что в этом случае над Петропавловской крепостью появится огонь. Он будет сигналом «Авроре» — произвести по Зимнему холостой выстрел, возвещающий начало атаки отрядам красногвардейцев, матросов и солдат.
Зимний взят. Худ. В.А.Серов. 1954 год
В штурме последнего оплота старого мира предстояло участвовать и авроровцам. Около пятидесяти моряков под командованием матроса А.С. Неволина сошли на берег и влились в свободный отряд балтийских моряков. Наступил решающий момент. Около 9 часов команду крейсера поднял сигнал боевой тревоги. Все заняли свои места. Напряжение возрастало. С берега доносилась стрельба, а Петропавловская крепость не давала о себе знать. В 35 минут десятого сигнала всё не было. А когда в вечерней мгле вспыхнул долгожданный огонь, было уже 9 часов 40 минут.
— Носовое, пли! — прогремела команда.
Комендор Евдоким Огнёв спустил курок шестидюймового орудия. Словно удар грома разорвал воздух над городом. Сквозь раскаты выстрела с Дворцовой площади послышалось «ура». Наши пошли на штурм».
В 1918 году для борьбы с врагами революции Евдоким Павлович был направлен во главе отряда на Украину, где вскоре погиб в бою.
Воспоминания участника событий П. Киричкова: «Когда белые окружили подводы, их встретили редкими выстрелами фельдшер и ездовой-красноармеец. Все они вместе с ранеными были зарублены, а меня связали вожжами, бросили на дно брички и направились в хутор Весёлый к атаману. Крысин, белогвардеец из Казачьего Хомутца, с двумя односельчанами ехал рядом с подводой, в которой я лежал. Предатель хвастался убийством командира. Я помню его рассказ от начала до конца.
Памятник Евдокиму Огнёву в селе Старая Криуша Воронежской области
Похоронен Огнёв в общей могиле на хуторе Казачий Хомутец близ Ростова-на-Дону. Также он включён большевиками в число канонизированных героев Октября.
В родном селе по сей день жива память о герое. В сельском парке установлен памятник Евдокиму Павловичу Огнёву. А в школьном музее содержится огромное количество информации о земляке: пергаменты с воспоминаниями участников событий, портреты Огнёва и даже гильза с «Авроры».
Существовало несколько мифов на сей счет.
Миф о «залпе Авроры» родился буквально на следующий день после штурма Зимнего дворца, сигналом к которому послужил выстрел с легендарного крейсера. Такие сведения стали появляться в местной печати. Впоследствии, уже в сталинские годы версия о том, что «Аврора» стреляла по Зимнему настоящими снарядами активно тиражировалась: так об этом было написано в «Кратком курсе истории ВКП(б)», во МХАТе был поставлен спектакль «Залп Авроры», по которому в 1960-е годы вышел одноименный фильм; в 1937 году Михаил Ромм снял фильм «Ленин в октябре», где на этом эпизоде также акцентируется зрительское внимание. Не обошел стороной миф о «залпе» и литературу: Алексей Толстой в «Хождении по мукам» пишет о пробитой снарядом крыше Зимнего дворца.
Это было все, что осталось от еще недавно шумной и пьяной сутолоки столицы. Ушли праздные толпы с площадей и улиц. Опустел Зимний дворец, пробитый сквозь крышу снарядом с «Авроры». (Алексей Толстой. «Хождение по мукам». Книга 2)
Действительность
Первыми — и главными разоблачителями мифа стали сами матросы с крейсера «Аврора». На следующий день после описываемых событий в газете «Правда» появилась статья, в которой моряки пытались доказать, что никакого обстрела Зимнего с их стороны не было: если бы крейсер стрелял «по-настоящему», был бы полностью разрушен не только дворец, но и прилегающие к нему районы, утверждали они. Текст опровержения был таким:
«Ко всем честным гражданам города Петрограда от команды крейсера «Аврора», которая выражает свой резкий протест по поводу брошенных обвинений, тем более обвинений не проверенных, но бросающих пятно позора на команду крейсера. Мы заявляем, что пришли не громить Зимний дворец, не убивать мирных жителей, а защитить и, если нужно, умереть за свободу и революцию от контрреволюционеров.
Печать пишет, что «Аврора» открыла огонь по Зимнему дворцу, но знают ли господа репортеры, что открытый нами огонь из пушек не оставил бы камня на камне не только от Зимнего дворца, но и от прилегающих к нему улиц? А разве это есть на самом деле?
К вам обращаемся, рабочие и солдаты г. Петрограда! Не верьте провокационным слухам. Не верьте им, что мы изменники и погромщики, и проверяйте сами слухи. Что касается выстрелов с крейсера, то был произведен только один холостой выстрел из 6-дюймового орудия, обозначающий сигнал для всех судов, стоящих на Неве, и призывающий их к бдительности и готовности. Просим все редакции перепечатать.
Председатель судового комитета
Тов. председателя П. Андреев
Секретарь /подпись/». («Правда», № 170, 27 октября 1917 г.)
Спустя много лет, уже в перестройку, «проникнутая ложной тенденцией» статья была перепечатана в журнале «Огонек».
Опровергают миф об обстреле Зимнего с крейсера и военные: корабль, действительно снискавший себе боевую славу участием в русско-японской и Первой мировой войне, с 1916 года проходил капитальный ремонт, а значит, весь боезапас с него к моменту октябрьских событий должен был быть уже давно снят — в соответствии с действовавшими инструкциями.
Обратимся к теории и истории:
В начале XX века в Петрограде уже существовала «система единого времени» — по предложению Д.И. Менделеева был проложен кабель от «нормальных», т. е. эталонных, часов Главной палаты мер и весов до Генерального штаба, под аркой которого и установлены часы, никогда не бегущие и не отстающие с надписью на циферблате: «Верное время». Надпись эту можно прочитать и сегодня — пройдите под аркой к Зимнему дворцу или к Невскому проспекту.
Вернемся к «Авроре»:
Исправны и яркие прожектора системы Манжена, подобный сигнал мог быть подан и ими.
Было бы очень наивно полагать, что подобный переход был произведен кораблями без достоверного знания времени (и как следствие долготы) даже при наличии визуальных ориентиров, и они не корректировали его в оснащенном всем необходимым для этого порту острова Котлин, а предпочли “переспросить”, по версии С.Н. Полторак, у «Авроры». Минная война, широко ведшаяся на Балтике, знаете ли, штука опасная и идти надо строго проверенным фарватером, да и форты Кронштадта наготове.
Залп «Авроры» потребовался, вот только имел он совершенно другое
Понимаю, что так выстрел «Авроры» исторически правильно и надо именовать.
Да и выстрел, по сведениям историков, был произведен в 21:40, в то время как штурм начался уже после полуночи, что, увы, не подтверждает теорию сигнальной функции «Авроры» в захвате. Тем не менее, Крейсер «Аврора» изображён на ордене Октябрьской Революции, которым сам же и награждён в 1967 году.
Вот еще для вас история нескольких кораблей: вот например RMS и HMS Queen Elizabeth, а вот Queen Mary — 2. Посмотрите еще на Кладбище кораблей и что это за Корабли с карапасной палубой типа «спина-кита». Говорят, что «Шарль де Голль»: корабль-катастрофа ! и вот умирающий Атомный корабль радиоэлектронной разведки ССВ-33 «Урал»
Оригинал статьи находится на сайте ИнфоГлаз.рф Ссылка на статью, с которой сделана эта копия — http://infoglaz.ru/?p=75130
А вы не слышали про это ? Давайте узнаем «откуда растут ноги» этих разговоров. А для начала вспомним историю этого боевого корабля.
Для нескольких поколений советских (и не только советских) людей имя этого крейсера стало своеобразным фетишем. Легендарный корабль, возвестивший своим залпом наступление новой эры в истории человечества, символ Великой Октябрьской социалистической революции — это самое растиражированное клише. А какова в действительности история крейсера «Аврора»?
В конце ХIХ века русский военный флот рос и пополнялся новыми кораблями. По классификации того времени существовал такой подкласс крейсеров — бронепалубные, то есть имеющие броневую палубу для защиты жизненно важных частей корабля от навесного огня вражеской артиллерии. Бортовой брони бронепалубные крейсера не несли и для дуэли с броненосцами не предназначались. Именно к такому типу боевых кораблей и принадлежал заложенный 23 мая 1897 года в Петербурге (в Новом адмиралтействе) крейсер «Аврора», однотипный с заложенными ранее «Палладой» и «Дианой».
В российском флоте существовала (и существует) традиция преемственности названий кораблей, и новые крейсера унаследовали имена парусных фрегатов. Постройка корабля заняла более шести лет — «Аврору» спустили на воду 11 мая 1900 года в 11 часов 15 минут, а в состав флота (после завершения всех достроечных работ) крейсер вошёл только 16 июля 1903 года.
Каким-то уникальным по своим боевым качествам этот корабль отнюдь не являлся. Ни особо резвой скоростью хода (всего 19 узлов — эскадренные броненосцы того времени развивали скорость 18 узлов), ни вооружением (8 шестидюймовых орудий главного калибра — далеко не потрясающая огневая мощь) крейсер не мог похвастаться. Корабли другого принятого тогда на вооружение русского флота типа («Богатырь») бронепалубных крейсеров были гораздо быстроходнее и в полтора раза сильнее. И отношение офицеров и команд к этим «богиням отечественного производства» было не слишком тёплым — крейсера типа «Диана» имели массу недостатков и постоянно возникающих технических неполадок.
Тем не менее, своему прямому назначению — ведение разведки, уничтожение торговых судов неприятеля, прикрытие линейных кораблей от атак вражеских миноносцев, дозорная служба — эти крейсера вполне соответствовали, обладая солидным (около семи тысяч тонн) водоизмещением и, вследствие этого, хорошей мореходностью и автономностью. При полном запасе угля (1430 тонн) «Аврора» могла без дополнительной бункеровки дойти от Порт-Артура до Владивостока и вернуться обратно.
Все три крейсера предназначались для Тихого океана, где назревал военный конфликт с Японией, и первые два из них уже находились на Дальнем Востоке к моменту вступления «Авроры» в строй действующих кораблей. Третья сестра тоже спешила к родственницам, и 25 сентября 1903 года (всего через неделю после укомплектования, закончившегося 18 сентября) «Аврора» с экипажем в 559 человек под командованием капитана 1-го ранга И. В. Сухотина покинула Кронштадт.
Бронепалубный крейсер «Аврора», 1903 год
В Средиземном море «Аврора» присоединилась к отряду контр-адмирала А. А. Вирениуса, состоявшего из эскадренного броненосца «Ослябя», крейсера «Дмитрий Донской» и нескольких миноносцев и вспомогательных судов. Однако на Дальний Восток отряд опоздал — в африканском порту Джибути на русских кораблях узнали о ночном нападении японцев на порт-артурскую эскадру и о начале войны. Следовать дальше было признано слишком рискованным, поскольку японский флот блокировал Порт-Артур, и существовала высокая вероятность встречи с превосходящими силами противника ещё на подходе к нему. Высказывалось предложение выслать навстречу Вирениусу отряд владивостокских крейсеров в район Сингапура и идти вместе с ними во Владивосток, а не в Порт-Артур, но это вполне разумное предложение принято не было.
5 апреля 1904 года «Аврора» вернулась в Кронштадт, где её включили в состав 2-й Тихоокеанской эскадры под командованием вице-адмирала Рожественского, готовившейся к походу на Дальневосточный театр боевых действий. Здесь на ней шесть из восьми орудий главного калибра прикрыли броневыми щитами — опыт боев артурской эскадры показал, что осколки фугасных японских снарядов буквально косят незащищённый личный состав. Кроме того, на крейсере сменился командир — им стал капитан 1-го ранга Е. Р. Егорьев. 2 октября 1904 года в составе эскадры «Аврора» вторично отправилась в путь — к Цусиме.
Адмирал Рожественский был, скажем так, личностью оригинальной. А среди многих «причуд» адмирала была следующая — он имел привычку давать вверенным ему боевым кораблям прозвища, весьма далёкие от образчиков изящной словесности. Так, крейсер «Адмирал Нахимов» именовался «Идиотом», броненосец «Сисой Великий» — «Инвалидным убежищем», и так далее. В составе эскадры были два корабля с женскими именами — бывшая яхта «Светлана» и «Аврора». Первый крейсер командующий прозвал «Горничной», а «Аврора» удостоилась и вовсе скабрёзного титула «Проститутка подзаборная». Знал бы Рожественский, какой корабль он так малопочтительно именует!
Повреждения носовой части крейсера «Аврора» в Цусимском бою, июнь 1905 года
«Аврора» состояла в отряде крейсеров контр-адмирала Энквиста и в ходе Цусимского боя добросовестно выполняла приказ Рожественского — прикрывала транспорты. Задача эта была явно не по плечу четырём русским крейсерам, против которых действовали сначала восемь, а потом шестнадцать японских. От геройской гибели их спасло только то, что к ним случайно подошла колонна русских броненосцев, отогнавших наседавшего неприятеля.
в Цусимском сражении «Аврора» выпустила по противнику 303 152-миллиметровых, 1282 75-миллиметровых и 320 37-миллиметровых снарядов. За время боя крейсер получил 18 попаданий снарядов разных калибров, но ему удалось вырваться из окружения и уйти в Манилу, где он простоял разоруженным до конца войны.
Чем-то особенным крейсер в бою не отличился — автором приписываемых «Авроре» советскими источниками повреждений, которые получил японский крейсер «Идзуми», на самом деле был крейсер «Владимир Мономах». Сама же «Аврора» получила около десятка попаданий, имела ряд повреждений и серьёзные потери в людях — до ста человек убитыми и ранеными. Погиб командир — его фотография экспонируется ныне в музее крейсера в обрамлении пробитого осколком японским снарядом стального листа обшивки и обгорелых досок настила палубы.
Крейсер 1-го ранга «Аврора» на рейде Манилы после Цусимского сражения, июнь 1905 года
Ночью же, вместо того, чтобы прикрыть израненные русские корабли от бешеных минных атак японцев, крейсера «Олег», «Аврора» и «Жемчуг» оторвались от своих главных сил и направились на Филиппины, где и были интернированы в Маниле. Впрочем, обвинять команду крейсера в трусости нет никаких оснований — ответственность за бегство с поля боя лежала на растерявшемся адмирале Энквисте. Два из этих трёх кораблей впоследствии погибли: «Жемчуг» был потоплен в 1914 году германским корсаром «Эмден» в Пенанге, а «Олега» в 1919 году потопили английские торпедные катера в Финском заливе.
На Балтику «Аврора» вернулась в начале 1906 года вместе с несколькими другими кораблями, уцелевшими от японского разгрома. В 1909-1910 годах «Аврора» вместе с «Дианой» и «Богатырём» входила в состав отряда заграничного плавания, специально предназначенного для прохождения практики гардемаринами Морского корпуса и Морского Инженерного училища, а также учениками Учебной команды строевых унтер-офицеров.
Крейсер «Аврора». Пробоины в районе 75-мм орудия №7 правого борта, июнь 1905 года
В спасении жителей Мессины от последствий землетрясения 1908 года команда «Авроры» не участвовала, но медаль за этот подвиг от благодарных жителей города получили русские моряки с «Авроры» при посещении крейсером этого сицилийского порта в феврале 1911 года. А в ноябре 1911 года авроровцы принимали участие в торжествах в Бангкоке в честь коронации сиамского короля.
В 1910 году крейсер сопровождал императорскую яхту в Ригу.
«В исходе первого часа Императорская яхта «Штандарт», шедшая в кильватере крейсера «Аврора», стала медленно приближаться к месту своей стоянки напротив Царской пристани. Ровно в 2 часа дня Императорская яхта стала на якоре. С сопровождающих яхту военных судов раздавались звуки музыки. В городе раздавался колокольный звон».Газета «Рижский вестник», 5 июля 1910 г.
Первую модернизацию крейсер прошёл после русско-японской войны, вторую, после которой принял сохранённый ныне внешний облик, — в 1915 году. Усилили артиллерийское вооружение корабля — число 152-мм орудий главного калибра сначала было доведено до десяти, а затем и до четырнадцати. Многочисленную 75-мм артиллерию демонтировали — размеры и живучесть эсминцев возросли, и трёхдюймовые снаряды уже не представляли для них серьёзной опасности.
Бронепалубный крейсер «Аврора» в 1916 году
Первую Мировую войну «Аврора» встретила в составе второй бригады крейсеров Балтийского флота (вместе с «Олегом», «Богатырём» и «Дианой»). Русское командование ожидало прорыва мощного германского Флота Открытого моря в Финский залив и удара по Кронштадту и даже по Санкт-Петербургу. Для парирования этой угрозы спешно ставились мины, и оборудовалась Центральная минно-артиллерийская позиция. На крейсера же возлагалась задача несения дозорной службы в устье Финского залива с тем, чтобы своевременно известить о появлении германских дредноутов.
Крейсера выходили в дозор парами, и по истечении срока патрулирования одна пара сменяла другую. Первого успеха русские корабли добились уже 26 августа, когда у острова Оденсхольм сел на камни германский лёгкий крейсер «Магдебург». Подоспевшие крейсера «Паллада» (старшая сестра «Авроры» погибла в Порт-Артуре, и эта новая «Паллада» была построена после русско-японской войны) и «Богатырь» попытались захватить беспомощный корабль противника. Хотя немцы и сумели взорвать свой крейсер, на месте аварии русские водолазы нашли секретные германские шифры, которые в ходе войны сослужили добрую службу и русским, и англичанам.
Но русские корабли ждала новая опасность — с октября на Балтийском море начали действовать германские подводные лодки. Противолодочная оборона на флотах всего мира находилась тогда в зачаточном состоянии — никто не знал, как и чем можно поразить скрывающегося под водой невидимого врага, и как избежать его внезапных атак. Ни ныряющих снарядов, ни, тем более, глубинных бомб и гидролокаторов ещё и в помине не было. Надводные корабли могли рассчитывать только на старый добрый таран — ведь не принимать же всерьёз разработанную анекдотическую инструкцию, в коей предписывалось накрывать замеченные перископы мешками и сворачивать их кувалдами.
11 октября 1914 года на входе в Финский залив германская подводная лодка «U-26» под командованием капитан-лейтенанта фон Беркхейма обнаружила два русских крейсера: заканчивающую дозорную службу «Палладу» и подошедшую ей на смену «Аврору». Командир германской субмарины с немецкой педантичностью и скрупулёзностью оценил и классифицировал цели — по всем статьям новый броненосный крейсер представлял собой куда более заманчивую добычу, нежели ветеран русско-японской войны.
«Аврора» развернулась и укрылась в шхерах. И снова не стоит обвинять русских моряков в трусости — как уже говорилось, бороться с подводными лодками ещё не умели, а русское командование уже знало о случившейся десятью днями раньше трагедии в Северном море, где немецкая лодка потопила сразу три английских броненосных крейсера. «Аврора» вторично избежала гибели — судьба явно хранила крейсер.
На роли «Авроры» в событиях октября 1917 года в Петрограде особо задерживаться не стоит — об этом сказано более чем достаточно. Заметим только, что угроза расстрелять Зимний дворец из орудий крейсера была чистой воды блефом. Крейсер стоял в ремонте, и потому весь боезапас с него выгрузили в полном соответствии с действовавшими инструкциями. А штамп «залп «Авроры» неверен чисто грамматически, поскольку «залп» — это одновременно произведённые выстрелы из как минимум двух стволов.
В гражданской войне и в боях с английским флотом «Аврора» участия не принимала. Острая нехватка топлива и прочих видов снабжения привела к тому, что Балтийский флот сократился до размеров ДОТа, — «действующего отряда» — состоявшего всего из нескольких боевых единиц. «Аврору» вывели в резерв, а осенью 1918 года часть орудий с крейсера сняли для установки на самодельных канонерских лодках речных и озёрных флотилий.
В конце 1922 года «Аврору» — единственный, кстати, корабль старого императорского российского флота, сохранивший своё данное ему при рождении имя, — решено было восстановить в качестве учебного корабля. Крейсер отремонтировали, установили на нём десять 130-мм орудий вместо прежних 6-дюймовых, две зенитки и четыре пулемёта, и 18 июля 1923 года корабль вышел на ходовые испытания.
Затем в течение десяти лет — с 1923 по 1933 год — крейсер занимался уже знакомым ему делом: на его борту проходили практику курсанты военно-морских училищ. Корабль совершил несколько заграничных плаваний, участвовал в маневрах вновь возрождавшегося Балтийского флота. Но годы брали своё, и из-за плохого состояния котлов и механизмов «Аврора» после очередного ремонта в 1933-1935 годах стала несамоходной учебной базой. В зимнее время её использовали как плавбазу подводных лодок.
Во время Великой Отечественной войны старый крейсер стоял в гавани Ораниенбаума.
Орудия с корабля в очередной раз сняли, и девять его установленных на береговой батарее «стотридцаток» обороняли подступы к городу. Немцы не обращали особого внимания на дряхлого ветерана, стремясь прежде вывести из строя лучшие советские корабли (такие, как крейсер «Киров»), однако свою порцию вражеских снарядов корабль всё-таки получил. 30 сентября 1941 года повреждённый в результате артиллерийского обстрела полузатонувший крейсер сел на грунт.
Крейсер «Аврора» в Ораниенбауме, 1942 год
Но корабль снова — уже в третий раз за свою более чем сорокалетнюю историю — выжил. После снятия блокады Ленинграда в июле 1944 года крейсер вывели из состояния клинической смерти — подняли с грунта и (в который уже раз!) поставили в ремонт. С «Авроры» сняли котлы и бортовые машины, гребные винты, кронштейны бортовых валов и сами валы, а также часть вспомогательных механизмов. Установили вооружение, стоявшее на корабле в 1915 году, — четырнадцать 152-мм орудий Канэ и четыре 45-мм салютные пушки.
Теперь крейсеру предстояло стать кораблём-памятником и одновременно учебной базой Нахимовского училища. В 1948 году ремонт был закончен, и восстановленная «Аврора» встала туда, где она стоит и по сей день — к Петроградской набережной напротив здания училища нахимовцев. А в 1956 году на борту «Авроры» открыли Корабельный музей, как филиал Центрального военно-морского музея.
В советские годы, естественно, основное (да, пожалуй, и единственное) внимание уделялось революционному прошлому крейсера. Изображения «Авроры» присутствовали везде, где только можно, и силуэт трёхтрубного корабля сделался таким же символом города на Неве, как Петропавловская крепость или Медный всадник. Всячески превозносилась роль крейсера в Октябрьской революции, и существовала даже шутка-анекдот: «Какой корабль в истории имел самое мощное вооружение?» — «Крейсер «Аврора»! Один выстрел — и целая держава рухнула!».
В 1967 году в Советском Союзе широко праздновалось 50-летие Великой Октябрьской социалистической революции. В Ленинграде у Смольного горели костры, возле которых, опершись на винтовки, стояли люди в солдатских шинелях и в бушлатах революционных матросов семнадцатого года с непременным атрибутом — с перекрещенными на груди и на спине пулемётными лентами.
Крейсер «Аврора» следует к месту съемки фильма «Залп Авроры», 1967 год
Понятно, что заслуженный корабль просто не могли обойти вниманием. К юбилею был сделан фильм «Залп «Авроры», где крейсер играл главную роль — самого себя. Для вящей достоверности изображаемых событий все съёмки производились на натуре. «Аврору» отбуксировали на историческое место к Николаевскому мосту, где снимался эпизод захвата авроровцами вышеупомянутого моста. Зрелище было впечатляющее, и тысячи ленинградцев и гостей города следили за тем, как серая трёхтрубная красавица медленно и величественно плывёт по Неве.
Впрочем, самой «Авроре» не впервой было выступать в роли кинозвезды. Ещё в 1946 году, в ходе ремонта, «Аврора» сыграла роль крейсера «Варяг» в одноимённом кинофильме. Тогда «Авроре», как истинной актрисе, пришлось даже загримироваться под свой персонаж — с орудий сняли щиты (на «Варяге» их не было), и установили четвёртую фальшивую трубу для правдивости образа самого геройского крейсера русско-японской войны.
Последний ремонт «Аврора» прошла в середине 80-х годов прошлого века, и с этим связаны слухи о «ненастоящей «Авроре». Давайте подробнее узнаем, как это было.
Первый капитальный ремонт «Аврора» прошла сразу после ВОВ на верфях Кронштадта. На новые были заменены практически все пушки, судоремонтники поменяли деревянную палубу и полностью переоборудовали внутренние помещение, в которых обосновались нахимовцы. Вскоре, однако, встал вопрос о новых ремонтных работах. Железный корпус «Авроры» попросту сгнил. В трюме судна постоянно работали насосы, ежесуточно откачивавшие несколько десятков тонн воды. К началу 1980-х годов стало ясно, что в первозданном виде сохранить «Аврору» просто невозможно.
Реставрация «Авроры» началась в 1984 году. Мощные буксиры сняли крейсер с вечной стоянки и потащили его на Северную верфь. Там, в доках крейсер революции попросту распилили на части. Нижняя часть судна, включая всю подводную была полностью заменена на новую. Суровой переделке подверглось и то, что находилось над водой. К юбилейной дате «Аврора» вернулась на привычное место, а далее встал вопрос о том, что же делать с остовом, оставшимся на верфи. Сдачу крейсера революции в металлолом в советские времена сочли бы идеологической диверсией. Вот и решили спрятать настоящую «Аврору» от глаз народа.
В последний поход крейсер, отправился вдоль южного берега Финского залива в 1987 году. Военные довели его до поселка Ручьи, расположенного на берегу Финского залива в Лужской губе. До Великой Отечественной там велось строительство военно-морской базы, призванной уменьшить нагрузку на Кронштадт. Оставляя территории наступавшим фашистам, в сентябре 1941 года советские войска взорвали все наземные постройки. Ни наши инженеры, ни немцы, уходившие с этих территорий через несколько лет, однако, не смогли уничтожить огромные пирсы на Финском заливе. В качестве отстойника для боевых кораблей они использовались до недавнего времени.
Некоторое время легендарный крейсер так и стоял возле огромного пирса. Продолжалось это, однако, недолго. Сперва «Аврору» потихоньку растаскивали военные, а затем они же фактически отдали корабль на разграбление работникам действовавшего в этих местах рыболовецкого совхоза «Балтика».
— Я прекрасно помню события тех дней, — рассказывает бывший главный механик рыболовецкого совхоза «Балтика» Владимир Юрченко. — Наше начальство договорилось с военными и в один прекрасный день нас отправили резать «Аврору». Брать разрешили, все, что сможем унести. В совхозе даже клич бросили «Мужики! Айда «Аврору» резать!». Откликнулись многие. Имущество с корабля мы вывозили грузовиками. В первую очередь сняли металлические трапы. С надводных частей отдирали медную обшивку — тогда весь корабль был покрыт слоем листовой меди. Обстановка во внутренних помещениях оказалась практически не тронутой. В одной из душевых, я, к примеру, снимал с пола и стен кафель. Позже я облицевал этой плиткой пол в бане. Многие забирали двери вместе с косяками и вынимали иллюминаторы.
Восстановительный ремонт крейсера «Аврора» на заводе имени Жданова, 1984-1987 годы
ВОТ ТУТ можно посмотреть много фото процесса реставрации корабля
По словам Владимира Михайловича, разграблявшие крейсер рабочие наткнулись на совершенно исправную систему пожаротушения. Она сработала, когда при помощи сварочного аппарата они стали вскрывать переборки. Половину корабля при этом залило пеной.
— Продолжалось все это довольно долго, — вспоминает Владимир Юрченко. – Стояла зима, рыболовецкие суда в море не выходили и делать было все равно нечего. «Аврору» тогда мы облазили вдоль и поперек. Кроме деталей там удалось найти несколько старинных вещей. Между бортами я наткнулся, к примеру, на помятую медную сковородку и самовар на котором была выбита цифра 1903. Иногда ребята находили дореволюционные монеты. Ничего по настоящему ценного, однако, на крейсере не нашлось.
Разграбленное военными и рыбаками остов судна словно скелет гигантской рыбы простояло у старого пирса несколько месяцев. Крейсеру революции оказался уготован совершенно незавидный конец. В чью-то светлую голову в военной фуражке пришла гениальная идея. Загрузить металлический корпус камнями и утопить его в гавани, превратив в волнорез.
— Залив в этих местах и в самом деле достаточно беспокойный, — рассказывает Владимир Юрченко. — Весной и осенью пристать к берегу достаточно сложно и волнорез здесь действительно необходим. Вот только из-за допущенных рабочими ошибок ничего хорошего из этой затеи не получилось. Груженое камнями судно пошло в бок, а затем и вовсе опрокинулось и затонуло совсем не там, где было запланировано. Сейчас это самый настоящий мусор, лежащий в прибрежной полосе. Позже местные коммерсанты хотели поднять остов, разрезать его и продать за границу как металлолом, однако, военные запретили проводить какие-либо работы в их гавани.
Найти останки крейсера революции, лежащие в прибрежной полосе, любой желающий может без всякого труда. В окрестных деревнях место нынешнего расположения «Авроры» может показать кто угодно.
На фоне обломков охотно фотографируются туристы, которых заносит в довольно глухую часть Кингисеппского района. Летом по железному остову азартно лазят местные мальчишки. Во время отлива корпус, вытянувшийся на 120 метров в длину, виден целиком. При приливе волны бьются лишь о небольшой участок носовой части с креплениями для канатов.
Рядом с гигантскими бетонными пирсами до сих пор высятся два полузаброшенных здания. В одном временами появляются моряки, в другом уже шесть живет отставной военный Василий Мочалов. В середине 1990-х годов переселенец из Молдавии лишился жилья и документов при пожаре. Заняв пустующий домик, он ловит рыбу сам и помогает управляться с сетями местным рыбакам. По словам Василия Степановича практически каждый год затопленную «Аврору» обследуют аквалангисты.
— Летом этого года тут почти неделю ныряли какие-то ребята, приехавшие из Беларуси, — рассказывает Василий Мочалов. — Ничего интересного они, правда, не нашли и стали снимать медные пластины сохранившиеся в некогда подводной части. Сказали, что порежут их на мелкие части, и будут продавать как сувениры. Еще под водой они нашли старинный утюг и подарили его мне в благодарность за постой. Музейщиков он вряд ли заинтересует, зато гладить им, накалив на плитке, очень даже можно.
Впрочем, для того, чтобы найти сувениры с «Авроры» вовсе не обязательно спускаться под воду с аквалангом. Всего-то и нужно пройти по близлежащим деревням и повнимательней присмотреться к домам, построенным в конце 1980-х годов. Части корабля, превращенные в стройматериалы видны то тут, то там. Трапы, по которым передвигались матросы и офицеры стали лестницами в жилых домах, металлические каркасы пошли на строительство теплиц, кое-где металлом покрыты крыши. На въезде же в деревню Дубки высится кирпичный дом с иллюминаторами, установленными вместо окон на воротах сарая и в сортире. По словам живущего в нем местного старосты Виктора Ларионова иллюминаторы с «Авроры» он снимал не сам, а просто забрал их у соседа, работавшего в рыболовецком совхозе.
У него они просто так в огороде валялись, а я для дела приспособил, — рассказывает Виктор Ильич. — Изнутри сортир напоминает гальюн на знаменитом крейсере.
Буксировка крейсера «Аврора» при проходе через Троицкий мост.
Современный крейсер представляет собой лишь реплику, поскольку при последней реконструкции 1984 года было заменено более 50 % корпуса и надстроек. Из самых заметных отличий от оригинала — применение сварных швов на новом корпусе вместо технологии заклепок.
Если интересно как он выглядит после реконструкции и можно ли найти что-то интересное внутри, то вот подробный отчет с видео, а также с некоторыми фактами о самом крейсере: https://site2max.ru/saint-petersburg/avrora-v-sankt-peterburge/
На корабле в 1992 году вновь подняли андреевский флаг, крейсер числится в составе военно-морского флота России, до недавнего времени на корабле служили офицеры и матросы (пусть даже их вдесятеро меньше, чем было когда-то). Конечно, отойти от места вечной стоянки «Аврора» сама уже не сможет, но все вспомогательные механизмы и системы жизнеобеспечения поддерживаются командой крейсера в работоспособном состоянии. В рабочем ухоженном состоянии и корабельные орудия.
Сегодня основное занятие крейсера «Аврора», возраст которого уже перевалил за сто лет, — это служить музеем. И музей этот очень посещаемый — на борту корабля бывает до полумиллиона гостей в год. И честное слово, музей этот стоит посетить — и не только тем, кто ностальгирует по безвозвратно ушедшим временам.
Напомним, «Аврора» лишилась статуса корабля №1 ВМФ России 1 декабря 2010 года. Корабль стал филиалом Центрального музея ВМФ. 1 августа «Аврора» окончательно переведена в ведение Центрального военно-морского музея. Воинское подразделение, нёсшее службу на корабле, распустили. Экипаж крейсера «Аврора» переформировали на штат численностью трое военнослужащих и 28 человек гражданского персонала; статус корабля остался прежним. 27 июня 2012 года депутаты Санкт-Петербургского Законодательного Собрания приняли обращение к Главнокомандующему ВС РФ с просьбой вернуть крейсеру статус корабля № 1 в составе ВМФ РФ с сохранением на корабле военного экипажа.
А я вам напомню еще одну нелегкую судьбу : Крейсер «Мурманск». Последний бой.
Для нескольких поколений советских (и не только советских) людей имя этого крейсера стало своеобразным фетишем. Легендарный корабль, возвестивший своим залпом наступление новой эры в истории человечества, символ Великой Октябрьской социалистической революции — это самое растиражированное клише. А какова в действительности история крейсера «Аврора»?
В конце ХIХ века русский военный флот рос и пополнялся новыми кораблями. По классификации того времени существовал такой подкласс крейсеров — бронепалубные, то есть имеющие броневую палубу для защиты жизненно важных частей корабля от навесного огня вражеской артиллерии. Бортовой брони бронепалубные крейсера не несли и для дуэли с броненосцами не предназначались. Именно к такому типу боевых кораблей и принадлежал заложенный 23 мая 1897 года в Петербурге (в Новом адмиралтействе) крейсер «Аврора», однотипный с заложенными ранее «Палладой» и «Дианой».
В российском флоте существовала (и существует) традиция преемственности названий кораблей, и новые крейсера унаследовали имена парусных фрегатов. Постройка корабля заняла более шести лет – «Аврору» спустили на воду 11 мая 1900 года в 11 часов 15 минут, а в состав флота (после завершения всех достроечных работ) крейсер вошёл только 16 июля 1903 года.
Каким-то уникальным по своим боевым качествам этот корабль отнюдь не являлся. Ни особо резвой скоростью хода (всего 19 узлов — эскадренные броненосцы того времени развивали скорость 18 узлов), ни вооружением (8 152-мм орудий главного калибра — далеко не потрясающая огневая мощь) крейсер не мог похвастаться. Корабли другого принятого тогда на вооружение русского флота типа («Богатырь») бронепалубных крейсеров были гораздо быстроходнее и в полтора раза сильнее. И отношение офицеров и команд к этим «богиням отечественного производства» было не слишком тёплым — крейсера типа «Диана» имели массу недостатков и постоянно возникающих технических неполадок.
Тем не менее, своему прямому назначению — ведение разведки, уничтожение торговых судов неприятеля, прикрытие линейных кораблей от атак вражеских миноносцев, дозорная служба — эти крейсера вполне соответствовали, обладая солидным (около семи тысяч тонн) водоизмещением и, вследствие этого, хорошей мореходностью и автономностью. При полном запасе угля (1430 тонн) «Аврора» могла без дополнительной бункеровки дойти от Порт-Артура до Владивостока и вернуться обратно.
Все три крейсера предназначались для Тихого океана, где назревал военный конфликт с Японией, и первые два из них уже находились на Дальнем Востоке к моменту вступления «Авроры» в строй действующих кораблей. Третья сестра тоже спешила к родственницам, и 25 сентября 1903 года (всего через неделю после укомплектования, закончившегося 18 сентября) «Аврора» с экипажем в 559 человек под командованием капитана 1-го ранга И. В. Сухотина покинула Кронштадт.
В Средиземном море «Аврора» присоединилась к отряду контр-адмирала А. А. Вирениуса, состоявшего из эскадренного броненосца «Ослябя», крейсера «Дмитрий Донской» и нескольких миноносцев и вспомогательных судов. Однако на Дальний Восток отряд опоздал — в африканском порту Джибути на русских кораблях узнали о ночном нападении японцев на порт-артурскую эскадру и о начале войны. Следовать дальше было признано слишком рискованным, поскольку японский флот блокировал Порт-Артур, и существовала высокая вероятность встречи с превосходящими силами противника ещё на подходе к нему. Высказывалось предложение выслать навстречу Вирениусу отряд владивостокских крейсеров в район Сингапура и идти вместе с ними во Владивосток, а не в Порт-Артур, но это вполне разумное предложение принято не было.
5 апреля 1904 года «Аврора» вернулась в Кронштадт, где её включили в состав 2-й Тихоокеанской эскадры под командованием вице-адмирала Рожественского, готовившейся к походу на Дальневосточный театр боевых действий. Здесь на ней шесть из восьми орудий главного калибра прикрыли броневыми щитами — опыт боев артурской эскадры показал, что осколки фугасных японских снарядов буквально косят незащищённый личный состав. Кроме того, на крейсере сменился командир — им стал капитан 1-го ранга Е. Р. Егорьев. 2 октября 1904 года в составе эскадры «Аврора» вторично отправилась в путь — к Цусиме.
«Аврора» состояла в отряде крейсеров контр-адмирала Энквиста и в ходе Цусимского боя добросовестно выполняла приказ Рожественского — прикрывала транспорты. Задача эта была явно не по плечу четырём русским крейсерам, против которых действовали сначала восемь, а потом шестнадцать японских. От геройской гибели их спасло только то, что к ним случайно подошла колонна русских броненосцев, отогнавших наседавшего неприятеля.
Чем-то особенным крейсер в бою не отличился — автором приписываемых «Авроре» советскими источниками повреждений, которые получил японский крейсер «Идзуми», на самом деле был крейсер «Владимир Мономах». Сама же «Аврора» получила около десятка попаданий, имела ряд повреждений и серьёзные потери в людях — до ста человек убитыми и ранеными. Погиб командир — его фотография экспонируется ныне в музее крейсера в обрамлении пробитого осколком японским снарядом стального листа обшивки и обгорелых досок настила палубы.
Ночью же, вместо того, чтобы прикрыть израненные русские корабли от бешеных минных атак японцев, крейсера «Олег», «Аврора» и «Жемчуг» оторвались от своих главных сил и направились на Филиппины, где и были интернированы в Маниле. Впрочем, обвинять команду крейсера в трусости нет никаких оснований — ответственность за бегство с поля боя лежала на растерявшемся адмирале Энквисте. Два из этих трёх кораблей впоследствии погибли: «Жемчуг» был потоплен в 1914 году германским корсаром «Эмден» в Пенанге, а «Олега» в 1919 году потопили английские торпедные катера в Финском заливе.
На Балтику «Аврора» вернулась в начале 1906 года вместе с несколькими другими кораблями, уцелевшими от японского разгрома. В 1909-1910 годах «Аврора» вместе с «Дианой» и «Богатырём» входила в состав отряда заграничного плавания, специально предназначенного для прохождения практики гардемаринами Морского корпуса и Морского Инженерного училища, а также учениками Учебной команды строевых унтер-офицеров.
Первую Мировую войну «Аврора» встретила в составе второй бригады крейсеров Балтийского флота (вместе с «Олегом», «Богатырём» и «Дианой»). Русское командование ожидало прорыва мощного германского Флота Открытого моря в Финский залив и удара по Кронштадту и даже по Санкт-Петербургу. Для парирования этой угрозы спешно ставились мины, и оборудовалась Центральная минно-артиллерийская позиция. На крейсера же возлагалась задача несения дозорной службы в устье Финского залива с тем, чтобы своевременно известить о появлении германских дредноутов.
Крейсера выходили в дозор парами, и по истечении срока патрулирования одна пара сменяла другую. Первого успеха русские корабли добились уже 26 августа, когда у острова Оденсхольм сел на камни германский лёгкий крейсер «Магдебург». Подоспевшие крейсера «Паллада» (старшая сестра «Авроры» погибла в Порт-Артуре, и эта новая «Паллада» была построена после русско-японской войны) и «Богатырь» попытались захватить беспомощный корабль противника. Хотя немцы и сумели взорвать свой крейсер, на месте аварии русские водолазы нашли секретные германские шифры, которые в ходе войны сослужили добрую службу и русским, и англичанам.
11 октября 1914 года на входе в Финский залив германская подводная лодка «U-26» под командованием капитан-лейтенанта фон Беркхейма обнаружила два русских крейсера: заканчивающую дозорную службу «Палладу» и подошедшую ей на смену «Аврору». Командир германской субмарины с немецкой педантичностью и скрупулёзностью оценил и классифицировал цели — по всем статьям новый броненосный крейсер представлял собой куда более заманчивую добычу, нежели ветеран русско-японской войны.
Флаг крейсера I ранга «Аврора» после Цусимского сражения (из собрания Н.Н.Афонина)
«Аврора» развернулась и укрылась в шхерах. И снова не стоит обвинять русских моряков в трусости — как уже говорилось, бороться с подводными лодками ещё не умели, а русское командование уже знало о случившейся десятью днями раньше трагедии в Северном море, где немецкая лодка потопила сразу три английских броненосных крейсера. «Аврора» вторично избежала гибели — судьба явно хранила крейсер.
Капитан 1 ранга Е.Г.Егорьев — командир «Авроры», погибший в Цусимском сражении (из собрания Н.Н.Афонина)
На роли «Авроры» в событиях октября 1917 года в Петрограде особо задерживаться не стоит — об этом сказано более чем достаточно. Заметим только, что угроза расстрелять Зимний дворец из орудий крейсера была чистой воды блефом. Крейсер стоял в ремонте, и потому весь боезапас с него выгрузили в полном соответствии с действовавшими инструкциями. А штамп «залп «Авроры» неверен чисто грамматически, поскольку «залп» — это одновременно произведённые выстрелы из как минимум двух стволов.
В гражданской войне и в боях с английским флотом «Аврора» участия не принимала. Острая нехватка топлива и прочих видов снабжения привела к тому, что Балтийский флот сократился до размеров ДОТа, — «действующего отряда» — состоявшего всего из нескольких боевых единиц. «Аврору» вывели в резерв, а осенью 1918 года часть орудий с крейсера сняли для установки на самодельных канонерских лодках речных и озёрных флотилий.
В конце 1922 года «Аврору» — единственный, кстати, корабль старого императорского российского флота, сохранивший своё данное ему при рождении имя, — решено было восстановить в качестве учебного корабля. Крейсер отремонтировали, установили на нём десять 130-мм орудий вместо прежних 152-мм, две зенитки и четыре пулемёта, и 18 июля 1923 года корабль вышел на ходовые испытания.
Затем в течение десяти лет — с 1923 по 1933 год — крейсер занимался уже знакомым ему делом: на его борту проходили практику курсанты военно-морских училищ. Корабль совершил несколько заграничных плаваний, участвовал в маневрах вновь возрождавшегося Балтийского флота. Но годы брали своё, и из-за плохого состояния котлов и механизмов «Аврора» после очередного ремонта в 1933-1935 годах стала несамоходной учебной базой. В зимнее время её использовали как плавбазу подводных лодок.
Орудия с корабля в очередной раз сняли, и девять его установленных на береговой батарее «стотридцаток» обороняли подступы к городу. Немцы не обращали особого внимания на дряхлого ветерана, стремясь прежде вывести из строя лучшие советские корабли (такие, как крейсер «Киров» и линкоры), однако свою порцию вражеских снарядов корабль всё-таки получил. 30 сентября 1941 года повреждённый в результате артиллерийского обстрела полузатонувший крейсер сел на грунт.
Но корабль снова — уже в третий раз за свою более чем сорокалетнюю историю — выжил. После снятия блокады Ленинграда в июле 1944 года крейсер вывели из состояния клинической смерти — подняли с грунта и (в который уже раз!) поставили в ремонт. С «Авроры» сняли котлы и бортовые машины, гребные винты, кронштейны бортовых валов и сами валы, а также часть вспомогательных механизмов. Установили вооружение, стоявшее на корабле в 1915 году, — четырнадцать 152-мм орудий Канэ и четыре 45-мм салютные пушки.
Теперь крейсеру предстояло стать кораблём-памятником и одновременно учебной базой Нахимовского училища. В 1948 году ремонт был закончен, и восстановленная «Аврора» встала туда, где она стоит и по сей день — к Петроградской набережной напротив здания училища нахимовцев. А в 1956 году на борту «Авроры» открыли Корабельный музей, как филиал Центрального военно-морского музея.
В советские годы, естественно, основное (да, пожалуй, и единственное) внимание уделялось революционному прошлому крейсера. Изображения «Авроры» присутствовали везде, где только можно, и силуэт трёхтрубного корабля сделался таким же символом города на Неве, как Петропавловская крепость или Медный всадник. Всячески превозносилась роль крейсера в Октябрьской революции, и существовала даже шутка-анекдот: «Какой корабль в истории имел самое мощное вооружение?» — «Крейсер «Аврора»! Один выстрел — и целая держава рухнула!».
Понятно, что заслуженный корабль просто не могли обойти вниманием. К юбилею был сделан фильм «Залп «Авроры», где крейсер играл главную роль — самого себя. Для вящей достоверности изображаемых событий все съёмки производились на натуре. «Аврору» отбуксировали на историческое место к Николаевскому мосту, где снимался эпизод захвата авроровцами вышеупомянутого моста. Зрелище было впечатляющее, и тысячи ленинградцев и гостей города следили за тем, как серая трёхтрубная красавица медленно и величественно плывёт по Неве.
Впрочем, самой «Авроре» не впервой было выступать в роли кинозвезды. Ещё в 1946 году, в ходе ремонта, «Аврора» сыграла роль крейсера «Варяг» в одноимённом кинофильме. Тогда «Авроре», как истинной актрисе, пришлось даже загримироваться под свой персонаж — с орудий сняли щиты (на «Варяге» их не было), и установили четвёртую фальшивую трубу для правдивости образа самого геройского крейсера русско-японской войны.
Последний ремонт «Аврора» прошла в середине 80-х годов прошлого века, и с этим связаны слухи о «ненастоящей «Авроре». Дело в том, что у крейсера полностью заменили днище, а старое отволокли в Финский залив и там бросили. Вот эти ампутированные останки и породили слухи. 2004-05-26В 2004 г. крейсер «Аврора» вошел в состав Ассоциации исторических морских кораблей, в которую входят 90 кораблей-музеев из девяти стран мира. Россия впервые вступила в эту необычную организацию: одновременно с крейсером «Аврора» во флотилию Ассоциации был принят ледокол «Красин».
Сегодня основное занятие крейсера «Аврора», возраст которого уже перевалил за сто лет, — это служить музеем. И музей этот очень посещаемый — на борту корабля бывает до полумиллиона гостей в год. И честное слово, музей этот стоит посетить — и не только тем, кто ностальгирует по безвозвратно ушедшим временам.
1 декабря 2010 года крейсер «Аврора» приказом министра обороны России (угадайте, кого!) был выведен из боевого состава ВМФ и передан на баланс Военно-морского музея. Воинское подразделение, нёсшее службу на корабле, распустили. Экипаж крейсера «Аврора» переформировали на штат численностью трое военнослужащих и 28 человек гражданского персонала; статус корабля остался прежним.
Меня удивляет само отношение к памяти. Удивляемся отсутствию должного патриотизма, нежеланию служить в армии или во флоте. А простите, чем его подкреплять? С 1957 по 2010 год в стране было открыто 20 музеев-кораблей.Крейсер – 2 («Аврора» и «Адмирал Нахимов»)Атомный ледокол – 1 («Ленин»)Сторожевой корабль – 1Речной пароход – 1Дизельная ПЛ – 9Шхуна – 1Ледокол – 2Исследовательское судно – 2Траулер – 1
Может показаться, что начато за здравие, а закончено за упокой. Немного не так. Пренебрежение к символам не может не сказаться на многих аспектах мышления.И дело даже не в октябрьской пальбе холостыми. Это не главное в судьбе корабля. Намного важнее тысячи курсантов, которые прошли обучение на борту крейсера и тысячи снарядов его орудий, которые были выпущены по врагу, пусть даже и на суше. Важен символ корабля, прошедшего три войны. И важно, что таких символов должно быть намного больше. И представлять их надо несколько по-другому.
Почему так? Почему мы хотим видеть нашу страну сильной, армию и флот могучими, но не делаем для этого почти ничего? Я понимаю, что не от нас зависит. Тогда чего мы требуем от тех, кто должен прийти нам на смену, но не хочет этого? Мы так легко плюем в свое прошлое, что от этого становится страшно. И не ценим того, что осталось.
Написать все это меня побудил услышанный в автобусе диалог двух молодых людей. Они обсуждали самолеты второй мировой войны. И один привел другому следующий довод: «А где все эти наши чудо-самолеты? На полях войны остались. Вон в штатах «Мустанги» десятками летают, и «мессеры», и «Спитфайры» в Англии. А ты наш хоть один видел? Макеты на памятниках не в счет!» И второй не нашел что ответить. И я вспомнил парад Победы в Самаре. Когда летел единственный в стране Ил-2. Последний из 33 000. И мне тоже нечего было возразить, хотя очень хотелось. Парень был по-своему прав: ему просто не дали возможности прикоснуться к истории.
Владимир Контровский «Судьба крейсера»http://es3n.livejournal.com/52412.htmlhttp://www.aurora.org.ru/
