Как зовут первого космонавта вышедшего в открытый космос

Угрозы

Вы все, конечно же, смотрели фильм «Гравитация», получивший 7 Оскаров, а потому должны иметь хорошее представление о всех опасностях, угрожающих космонавту в открытом космосе. Это опасность потерять связь с кораблем, опасность столкнуться с космическим мусором и, наконец, опасность истечения запасов кислорода до возвращения на корабль. Помимо этого существует и опасность перегрева или переохлаждения, а также поражения радиацией.

Леонов был привязан к кораблю прочным фалом длиной пять с половиной метров. В ходе полета, он неоднократно вытягивался на всю длину и снова подтягивался к кораблю, фиксируя все свои действия на кинокамеру. В 60-х еще не существовало ракетных ранцев (устройство для перемещения и маневрирования космонавта) позволяющих полностью свободно отделяться от корабля и возвращаться на него, так что тонкая крепкая веревка на двух металлических карабинах — это в буквальном смысле все, что связывало Леонова с жизнью и возможностью вернуться домой.

вероятность столкнуться с каким-либо космическим мусором, вращающимся на орбите Земли, в 1965 году была еще очень мала. До полета «Восхода-2» в космосе побывали всего лишь 11 пилотируемых кораблей и несколько спутников, при этом на довольно низких орбитах с относительно большой плотностью атмосферных газов, соответственно, большая часть мельчайших частиц краски, обломков и прочего мусора, остающегося после этих кораблей, вскоре сгорала, не успев причинить никому вреда. До формулирования  было еще далеко, и советская космическая программа не воспринимала эту опасность всерьез.

Скафандр «Беркут», разработанный специально для выхода в открытый космос и имевший полную автономность, имел запас всего в 1666 литров кислорода, а для поддержания необходимого давления газа и жизнедеятельности космонавта необходимо было тратить больше 30 литров в минуту. Таким образом, максимальное время пребывания вне корабля составляло всего лишь около 45 минут, и это на все про все: вход в шлюз, выход в открытый космос, пребывание в свободном полете, возвращение в шлюз и ожидание времени его закрытия. Общее время выхода Леонова составило 23 минуты 41 секунду (из них вне корабля 12 минут 9 секунд). Никакого запаса на исправление ошибок или спасение не предусматривалось.

Температурный режим и радиация

Леонов успел фактически чудом успеть завершить свой выход до попадания корабля в тень от Земли, где низкие температуры могли осложнить все его действия и привести к смерти. В кромешной тьме он бы не смог справиться с фалом и входом в шлюз. Нахождение на солнечной стороне в течение каких-то 12 минут заставляло его обливаться потом. «Терпения уже не было, по лицу пот тек не градом, а потоком, да такой едкий, что глаза жгло» — вспоминает Леонов. Что касается радиации, то тут ему относительно повезло. На апогее орбиты почти в 500 километрах над землей, «Восход-2» задевал только нижний край радиационно-опасной зоны, где излучение может составлять до 500 рентген/час (смертельная доза за несколько минут), кратковременное нахождение в ней и хорошее стечение обстоятельств не привели к страшным последствиям. По приземлении у Леонова зафиксировали дозу в 80 миллирад, что значительно превышает норму, но к повреждениям здоровья не приводит.

Несмотря ни на что

И все-таки они полетели. 18 марта 1965-го ракета взлетела с Байконура в 10 утра, а уже в 11 часов 28 минут шлюзовая камера корабля «Восход-2» была разгерметизирована. Через 6 минут Алексей Леонов оказался в открытом космосе. Он совершил пять отходов и подходов от шлюза — самый первый всего лишь на 1 метр, чтобы сориентироваться в новых для человека условиях. Следующие попытки были полноценными — Алексей Леонов отлетал от корабля почти на 5,5 метров!

Все это время в скафандре поддерживалась комфортная температура, а его наружная поверхность раскалялась на солнце до +60С и охлаждалась в тени до -100С. Командир экипажа Павел Беляев при помощи телекамеры и телеметрии следил за работой второго пилота в космосе и был готов, если это потребуется, оказать необходимую ему помощь.

Запас воздуха в скафандре заканчивался — необходимо было возвращаться, однако все пошло не по плану. Из-за разности давлений в космосе скафандр сильно раздулся, потерял свою гибкость, и Леонов не мог втиснуться в люк шлюза, диаметр которого составлял всего один метр. Сделав несколько неудачных попыток, космонавт предельно снизил давление в скафандре и вопреки инструкциям и тренировкам сделал попытку протиснуться в шлюз головой вперед. Только после этого он с большим трудом развернулся и смог оказаться внутри «Восхода-2», пробыв вне корабля 23 минуты и 41 секунду, из них 12 минут и 9 секунд в открытом космосе. Однако проблемы на этом не закончились.

Гагарин на проводе

20 марта «Известия» снова открываются большим фото Павла Беляева и Алексея Леонова. На первой странице также интервью с Юрием Гагариным. Во время выхода Леонова в открытый космос Гагарин, находившийся в Центре управления полетами, поддерживал постоянную связь с экипажем «Восхода-2». Он рассказал журналистам «Известий» о подробностях полета, приземления космического корабля и последних беседах с экипажем «Восхода».

На четвертой полосе заметка британского писателя и журналиста Джеймса Олдриджа.

22 марта — первое интервью с космонавтами после приземления.

Кадр из документального кинофильма «Человек вышел в космос». Юрий Гагарин (слева) провожает космонавтов Павла Беляева и Алексея Леонова на тренировку

«Когда я открыл выходной люк, в меня прямо-таки ударил мощный поток света. Будто от дуги электросварки. Мне пришлось не раз слушать товарищей о том, как выглядит космос. Казалось, что я подготовлен. Но картина выглядела совсем по-другому. Не так, как я представлял», — говорит Леонов на страницах «Известий».

Ниже он продолжает:

— Я послал привет всем, а отдельно — ландышам, — улыбается Леша. (Ландыши — это значит друзья-космонавты. Это не кодовое название, а прижившаяся в отряде шутка).

Вот скупые строки про возвращение. Конечно, Леонов ни слова не сказал о той ситуации, которая произошла у него со скафандром.

— А как проходило возвращение на корабль? — спрашивает корреспондент «Известий».

— Это несколько труднее. Во-первых, у меня было больше работы. Я немного устал. Но всё прошло хорошо! По программе я должен был намотать фалу на руку и так входить. Вижу — это канительно. Подумал, дернул себя мысленно за ухо — и сообразил, как управиться побыстрее. Потом командир быстро закрыл люк и дал давление.

— Было ли такое чувство, что возвращаешься в родной дом?

— Ощущение похожее.

— (к Беляеву) Кстати, а что Леша сказал, вернувшись?

Оба переглядываются, хохочут.

— Сказать?.. Не надо? — смеется Беляев.

— Позже скажем! — упрашивает Леша.

Теоретик с большой буквы

«Дверь во Вселенную открыта» — именно такими словами открывается номер 19 марта. Здесь уже большая официальная часть. Под открывающей фотографией космонавтов в скафандрах — Леонид Брежнев, который запечатлен в момент звонка Беляеву и Леонову.

А с ним: «Г.И. Воронов, А.П. Кириленко, А.Н. Косыгин, А.И. Ми­коян, Н.В. Подгорный, Д.С. Полянский, М.А. Суслов, В.В. Гришин, П.Н. Демичев, Л.Ф. Ильичев, Б.Н. Пономарев, А.П. Ру­даков, В.Н. Титов. Здесь же присутствуют заместители Председателя Совета Министров СССР товарищи Д.Ф. Устинов, В.Э. Дымшиц, M.А. Лесечко П.Ф. Ломако, И.Т. Новиков, К.Н. Руднев, Л.В. Смирнов».

Вторая полоса интересна тем, что в подвале дана беседа с Теоретиком космонавтики. Важно, что слово «теоретик» написано с большой буквы, но ФИО его отсутствует. Понятно, что наши ученые, работающие в космической сфере, были тогда полностью засекречены, но «Известия» всё равно находили возможность выводить их на свои страницы.

Вот «Теоретик космонавтики» рассказывает «Известиям» о том, зачем нужно было выходить Алексею Леонову в открытый космос:

«Надо было убедиться в том, каковы реакции на невесомость в свободном пространстве. Вчера, когда мы с вами видели Леонова в космосе вне кабины корабля, стало очевидно, что и эту сторону дела наши ученые представляли себе правильно, — отвечает Теоретик.

— Человек в космосе лишен какой-либо опоры. Нужны ли бу­дут какие-либо средства, чтобы помочь ему стабилизировать себя?

Алексея Леонова (слева) и Павла Беляева (в центре) встречают в Перми после успешного завершения полета. 21 марта 1965 года

— По-моему, главное — это выработать соответствующие навыки. Судите сами. Ведь и на Земле человек, казалось бы, должен был быть очень неустойчивым: центр тяжести его тела находится намного выше, чем опора, — то есть ступни ног. Однако, как вы знаете, проблемы равновесия для человека на Земле нет».

Это кажется странным, но до сих пор ученые открывают для науки секреты равновесия человека на Земле, его возможности ходить, не падая. Теоретики того времени уже задавались таким вопросом. А также рассуждали о том, что когда-нибудь на орбите возможно появится первая космическая станция.

«Известия», 18 марта 1965: Сегодня, 18 марта 1965 года, в 11 часов 30 минут по московскому времени при полете космического корабля «Восход-2» впервые осуществлен выход человека из корабля в космическое пространство

«Известия», 19 марта 1965: 19 марта в 12 часов 02 минуты по московскому времени космический корабль «Восход-2», пилотируемый экипажем в составе командира корабля полковника Беляева Павла Ивановича и второго пилота подполковника Леонова Алексея Архиповича, благополучно приземлился в районе города Пермь. Товарищи Беляев и Леонов чувствуют себя хорошо

«Известия», 20 марта 1965: Это им, советским богатырям космоса — Павлу Ивановичу Беляеву и Алексею Архиповичу Леонову, аплодирует весь мир, это они, славные сыны Страны Советов, открыли дверь во Вселенную

«Космические корабли смогут обмениваться экипажами при встрече, когда человек будет способен выйти в пространство. Мы еще доживем до того времени, когда в космосе появятся орбитальные станции — нечто вроде научно-исследовательских институтов в околоземном пространстве.

— Вернемся к Леонову, — говорит корреспондент «Известий». Была ли какая-либо опасность, что в него попадет метеорит?

— Надо сказать, что метеоритная опасность вообще оказалась меньшей, чем считали до появления в космосе».

Третья и четвертая полосы 19 марта «Известия» полностью посвящают космической науке. Здесь поднимается и вопрос использования принципов биоуправления — тех самых роботов, работающих в копирующем режиме, которые отправились в космос только в 2019 году (имеется в виду полет робота «Федора»). Здесь уже говорится о спутниках, которые можно будет запускать для того, чтобы они передавали телевизионный сигнал. Отдельная статья посвящена космической одежде. До сих пор наши конструкторы скафандров занимают лидирующие позиции в мире.

Через Вселенную

18 марта 1965 года космический корабль «Восход-2» вышел на орбиту. В 11 часов 34 минуты 51 секунду по московскому времени Леонов благополучно, как на тренировке, вышел в безвоздушное пространство. С кораблем его связывал фал длиной 5,35 метра. Беляев передал в центр управления полетом: «Внимание! Человек вышел в космическое пространство!» В это время они пролетали над Черным морем.

За действиями Леонова в прямом эфире на экране наблюдали и Королев, и Гагарин, и Каманин. Вот он на пять метров отдалился от корабля. Все кувырки и повороты Леонова в открытом космосе в автоматическом режиме снимали на камеру. Чувствовал он себя в первые минуты хорошо, на эмоциональном подъеме. «В меня что-то поперло. Звезды были и слева, и справа, и вверху, и внизу. И я находился среди звезд. Постепенно всё успокоилось, и я понял, что я сам — частица этого гигантского мира, где живет человек, как песчинка», — так он вспоминал свои впечатления от тех первых секунд в космосе.

Летчик-космонавт СССР Алексей Леонов совершает первый в истории космонавтики выход в открытый космос, 18 марта 1965 года

Это была работа за пределами нервных и физических возможностей человека. Пульс скакнул до 190. Скафандр наполовину заполнился потом. К счастью, всё завершилось благополучно. Но спокойно отдышаться в корабле Леонову не удалось. Нештатным (а говоря попросту — крайне опасным) оказалось и возвращение на Землю. Отказала техника — и космонавты не смогли посадить свой «Восход» в автоматическом режиме. Пришлось сделать дополнительный виток вокруг Земли, во время которого Беляев перевел систему управления в ручной режим.

Командир корабля «Восход-2» Павел Беляев (справа) и пилот Алексей Леонов устанавливают связь с космодромом на месте приземления в тайге Пермского края, 21 марта 1965 года

В истории мировой космонавтики спуска в отсутствие автоматики еще не было — ни у наших, ни у американцев. К счастью, тормозной двигатель включился благополучно — и они приземлились. Но не там, где их ждали — не в казахской степи, а в Пермской области, в глухом заснеженном лесу. Больше всего Беляев опасался приземления в населенном пункте — могли бы быть жертвы. Но положение, в которое они попали, вызывало тревогу.

Четыре часа центр управления полетами ничего не знал о судьбе космонавтов. Где они? Живы ли? Поисковая экспедиция долго не могла ответить на эти вопросы. На морозе они попытались разжечь костер. Неподалеку выли волки. Наконец, яркий парашют космонавтов, развешенный на дереве, заметил вертолетчик. Вскоре героям сбросили еду, одежду, оружие и даже коньяк. Первым делом Леонов и Беляев разогрели воду и на скорую руку помылись, после космического полета об этом мечталось острее всего.

Можно было поднять космонавтов в вертолет по веревочной лестнице. Но начальство сочло это напрасным риском, ведь Леонов и Беляев были переутомлены после полета. Каманин бушевал на чиновников-перестраховщиков: неужели наши богатыри не справятся с таким простым заданием, да для них подняться по веревочной лестнице — как для обыкновенного человека встать с кресла. Но врачи подтвердили правоту «осторожных» бюрократов.

Экипаж космического корабля «Восход-2» Алексей Леонов и Павел Беляев во время встречи в аэропорту города Перми, 21 марта 1965 года

Пришлось им вторую ночь провести в тайге, ожидая, пока лесорубы и строители соорудят посадочную площадку. На следующий день, после нескольких часов глубокого сна, Леонов и Беляев вошли в вертолет с полным соблюдением правил безопасности.

Возвращение домой

Борьба Леонова за жизнь была завершена; люк за его спиной захлопнулся, отделив тесный светлый уютный мирок кабины «Восхода-2» от темного бесконечного холода космического пространства. Но тут возникла другая проблема. Начало повышаться парциальное давление кислорода в кабине, оно дошло уже до 460 мм и продолжало расти, — и это при норме в 160 мм. Малейшая искра в электросхемах приборов могла привезти к взрыву. Позднее выяснилось, что из-за того, что долгое время «Восход-2» был стабилизирован относительно Солнца, он нагревался неравномерно (с одной стороны +150°С, а с другой -140°С), что привело к незначительной деформации корпуса. Датчики закрытия люка сработали, но осталась небольшая щель, из которой улетучивался воздух. Система автоматики исправно обеспечивала жизнеобеспечение космонавтов, подавая в кабину кислород. Разобраться самостоятельно с этим экипаж был не в силах, и космонавтам оставалось лишь с ужасом наблюдать за показаниями приборов. Когда общее давление достигло 920 мм, люк под его напором захлопнулся, и угроза миновала — вскоре атмосфера внутри кабины нормализовалась.

Но и на этом беды космонавтов не закончились. В штатном режиме корабль должен был начать программу посадки после 17-ого витка, но тормозная двигательная установка не сработала в автоматическом режиме, и корабль продолжал с бешеной скоростью нестись по орбите. Сажать корабль пришлось в ручном режиме, Беляков сориентировал его в правильное положение и направил в безлюдную местность в тайге в районе Соликамска. Больше всего тогда командир боялся попасть в густонаселенный район и задеть линии электропередач или дома. Был также риск залететь на недружественную на тот момент территорию Китая, но всего этого удалось избежать. После включения тормозных двигателей и торможения в атмосфере потянулись мучительные секунды ожидания. Но все обошлось: парашютная система сработала в штатном режиме, и «Восход-2» приземлился в 30 километрах юго-западнее города Березники в Пермской области. Командир блестяще справился с задачей, отклонившись от расчетной точки всего на 80 км с учетом того, что корабль летел со скоростью около 30 000 км/ч.

С вертолета очень быстро обнаружили красные парашюты, повисшие на верхушках деревьев, но вот найти место для посадки и вытащить удачно приземлившийся экипаж не было никакой возможности. Двое суток Беляев и Леонов просидели в заснеженной тайге, ожидая прибытия помощи. Не вылезая из скафандров, они закутались в теплоизоляционную обшивку, обмотались стропами парашютов, развели костер, но в первую ночь согреться не удалось. Наутро им сбросили продукты и теплые вещи (пилоты сняли куртки со своих плеч), на канатах спустили группу с врачом, которая, добравшись до приземлившихся космонавтов, смогла обеспечить им лучшие условия. Все это время неподалеку вырубали площадку для приземления эвакуационного вертолета, куда космонавты могли добраться на лыжах. Уже 21 марта Беляев и Леонов были в Перми, откуда доложили об удачном завершении полета лично генсеку КПСС Леониду Брежневу, а 23 марта героев встречала Москва.

Открытый космос

Выход в открытый космос через шлюз не вызвал затруднений — он начался над Черным морем, а закончился над Сахалином. Беляев поддерживал с напарником непрерывную связь, следя за его работой с помощью телекамеры. Леонов плавно парил в космосе, несколько раз переворачивался, приближался к кораблю и удалялся на полную длину фала — около пяти метров. Дальше последовал короткий доклад на Землю: «Все сделано по плану. «Алмаз-2″ готовится к входу».

И тут возникли непредвиденные обстоятельства. Инструкция предписывала возвращаться в шлюз ногами вперед. Леонов подтянулся к обрезу люка, но втиснуться в шлюз не смог. Как оказалось, его скафандр непомерно раздулся от избыточного давления и стал более жестким, сковав движения. Возвращение становилось невозможным.

«Алмаз-1″: Леша, снять крышку с объектива кинокамеры! Снять крышку с объектива кинокамеры!»Алмаз-2″: Снял, снял крышку!»Алмаз-1″: Понятно!»Алмаз-2″: Вижу, вижу небо! Землю!»Алмаз-1»: Человек вышел в космическое пространство! Человек вышел в космическое пространство! Находится в свободном плавании!

Во время этого разворота нагрузка увеличилась максимально, вспоминает Леонов. Пульс дошел до 190, температура тела подскочила настолько, что до теплового удара оставались доли градуса. Космонавт потел так, что ноги в скафандре хлюпали. Едва крышка люка закрылась, Леонов вновь нарушил инструкцию и снял гермошлем, не дожидаясь подтверждения о полной герметизации. За полтора часа эксперимента он потерял шесть килограммов.

С момента открытия люка шлюза и до его закрытия Алексей Леонов находился в открытом космосе 23 минуты и 41 секунду. Но чистое время пребывания в нем считается с момента появления космонавта из шлюзовой камеры до входа обратно. Поэтому официально зарегистрированное время нахождения Леонова в открытом пространстве составляет 12 минут и 9 секунд.

На старт! Внимание! Марш!

ЛЕОНОВ ВЫХОДИТ В ОТКРЫТЫЙ КОСМОС, фото из архива РГАНТД

Первыми осуществить выход человека в открытый космос планировали США. Старт американского корабля в рамках этой миссии был назначен на 28 апреля 1965 года. Однако Советский Союз сумел опередить их. 18 марта того же года в 10 часов утра по московскому времени с космодрома «Байконур» стартовал космический корабль «Восход-2», на котором находились командир экипажа подполковник Павел Иванович Беляев и второй пилот майор Алексей Архипович Леонов.

Экипаж корабля подбирался с особой тщательностью. Беляев был самым опытным лётчиком в первом отряде космонавтов, а Леонов лучше всех переносил тренировки в барокамере и центрифуге, а также больше других подходил по морально-психологическим данным. Причем следует отметить, что участие Беляева в полете первоначально не планировалось — по состоянию здоровья он был на грани отчисления. Его включили позже, по настоянию Гагарина.

Первая неприятность произошла перед стартом. Рано утром 17 марта ракету и корабль установили на стартовой площадке. Рядом с кораблем на лебедке, зафиксированной при помощи защелки, подвесили двухметровый шлюз в наддутом состоянии. Таким образом в течение суток его проверяли на герметичность. Солдат, оставленный для охраны «объекта», от нечего делать шлепал пальцем по защелке. После очередного удара защелка выскочила, шлюз упал и разорвался. Запасного не было, и на корабль в срочном порядке поставили тот, на котором космонавты тренировались.

Сам старт прошел без осложнений. Как вспоминают его участники на Земле, первые 40 секунд полета казались особенно долгими — в случае аварии на этой стадии спасение экипажа почти невозможно. Но корабль вышел на заданную орбиту, достигнув высоты в 497,7 километра. До этого ни один пилотируемый космический аппарат так высоко не летал.

Как только «Восход-2» перешел в свободный полет, Леонов вместе с Беляевым стал готовиться к эксперименту. В начале второго витка была произведена полная разгерметизация шлюзовой камеры, а через шесть минут, в 11:34, Леонов вышел из нее в космическое пространство.

Корабль

«Восход-2» стал усовершенствованной версией первого корабля, на котором в 1964 году впервые был совершен одновременный полет сразу трех космонавтов: Владимира Комарова, Константина Феоктистова и Бориса Егорова. В кабине было так тесно, что им пришлось лететь без скафандров, и в случае разгерметизации корабля им грозила неминуемая гибель. Вес «Востока-2» составлял почти 6 тонн, диаметр 2,5 метра, а высота почти 4,5 метра. Новый корабль приспособили для полета двух человек и оснастили уникальным надувным шлюзом для выхода в открытый космос «Волга» — там камера надувалась и готова была принять космонавта. Ее внешний диаметр 1,2 метра, внутренний всего 1 метр, а длина – 2,5 метра. При подготовке к посадке камера отстреливалась и корабль приземлялся без нее.

Стоит отметить, что полет «Восхода-2» со шлюзовой камерой и экипажем на борту был рискованным, так как предварительно проверить работу всех систем не удалось. 22 февраля 1965 года, меньше чем за месяц до полета Беляева и Леонова, беспилотный корабль «Космос-57» (копия «Востока-2») во время испытательного полета был взорван из-за ошибочной команды на самоуничтожение. Несмотря на это, Королев (главный конструктор всей программы) и Келдыш (Президент Академии Наук СССР), посоветовавшись с космонавтами, решили не отменять запланированный полет.

Корабль и снаряжение

«Восход-2» стал доработанной версией первого «Восхода», который только-только был использован для отправки в космос сразу трех космонавтов: Владимира Комарова, Константина Феоктистова и Бориса Егорова. Новый аппарат перестроили для двух человек и оснастили специальном переходным шлюзом, под кодовым названием «Волга». Это был надувной цилиндр в 2,5 метра длинной, отстреливающийся перед посадкой.

Новые разработки потребовались и для экипировки экипажа. Специально созданный скафандр «Беркут» в полном снаряжении весил 40 килограммов, впервые защищал космонавта от жара и холода, а на стекле шлема был использован светофильтр — защита от яркого солнечного света. Связь с кораблем осуществлялась при помощи соединенного с кораблем фала, то есть специального страховочного каната. В общем-то это и была настоящая страховка — единственный способ для космонавта вернуться на корабль.

Подготовка

Прошло почти четыре года со дня полета Юрия Гагарина, весь мир был увлечен космической гонкой двух сверхдержав — СССР и США. Они отправили уже по несколько пилотируемых кораблей; в 1964 впервые на советском «Восходе» нового типа в космос отправились сразу три человека, теперь предстоял следующий принципиальный шаг — выход в открытый космос.

Обе державы, усиленно занимавшиеся космической программой, одновременно приходили к очевидным проблемам, требующим решения. Рано или поздно при планируемых длительных полетах потребуются профилактические и ремонтные работы снаружи корабля, кроме самих космонавтов выполнять их будет некому, следовательно, нужно было разработать безопасную и действенную систему их осуществления. В СССР этой проблемой занимался Королев, а главным специалистом-исполнителем стал молодой космонавт из первого отряда — Алексей Леонов. По программе разработали усовершенствованный вариант новейшего космического аппарата «Восход», шлюзовую систему и специальный защитный скафандр. К февралю 1965 года все было готово, оставался последний бросок.

С пометкой «Молния»

На третьей полосе сообщения иностранных информационных агентств. Все они «кричат» о новом успехе советской науки и техники. Лондон, Токио, Нью-Йорк, Париж, Бонн, Копенгаген, Варшава, Берлин — в восторге от подвига космонавтов.

Агентство «Рейтер» подчеркивает: «Запустив свой новый космический корабль, русские снова побили Соединенные Штаты в космическом соревновании». США, указывает агентство, намечают запустить свой первый космический корабль с двумя космонавтами на борту на следующей неделе.

Алексей Леонов и его дочь Виктория

Четвертая страница выпуска посвящена бытовой стороне жизни космонавтов. Здесь много фотографий: Беляев — с семьей в лесу, на другом фото его дочь играет на пианино. Алексей Леонов перед ночным тренировочным полетом, Алексей Леонов с мольбертом и со своей дочерью.

И главное фото справа — размытое, еле видное белое пятно на черном фоне в рамке телевизионного экрана. Под ним подпись:

«Человек вышел из корабля. Миллионы телезрителей видели подвиг Алексея Леонова собственными глазами. Этот снимок сделан нашим корреспондентом с голубого экрана».

***

П. Беляев и А. Леонов

20 октября 1965 года Международная авиационная федерация (FAI) отметила рекорд пребывания человека в открытом космическом пространстве вне корабля — 12 минут и 9 секунд. Алексей Леонов получил высшую награду FAI — золотую медаль «Космос» за первый выход в открытое космическое пространство в истории человечества. Командир экипажа Павел Беляев также получил медаль и диплом.

Леонов стал пятнадцатым человеком в космосе, и первым человеком, совершившим следующий принципиальный шаг после Гагарина. Остаться один на один с бездной, самым враждебным пространством для человека, посмотреть на звезды лишь через тонкое стекло шлема, услышать стук своего сердца в абсолютной тишине и вернуться назад — это настоящий подвиг. Подвиг, за которым стояли тысячи ученых, инженеров, рабочих и миллионы простых людей, но совершил его один человек — Алексей Леонов.

Вдохновение полетом

Привлекают внимание множество стихов. Они размещены на каждой полосе газеты. Разные стили, разные аспекты полета отражены в этих текстах, но видно: люди гордятся, люди вдохновлены. И это подделать невозможно.

Нашими снова рекорды побиты.Земля, нарядное платье надень.Вывела Москва на орбиту человечества завтрашний день.Весь мир в восхищенье ладонями грохает, славу труду и отваге поет,На ус наматывает эпоха витки корабля «Восход».Артур Моро. Перевод с мордовского Энны Дедовой.

На второй полосе «Известий» за 18 марта размещено дополетное интервью с Алексеем Леоновым.

Репродукция картины летчика-космонавта Алексея Леонова «Кокошник». Эскиз был сделан на борту космического корабля «Восход-2»

«Алексей неожиданно хлопнул руками по коленам и засмеялся:

— Я обязательно возьму с собой в корабль краски или, на худой конец, цветные карандаши. Понимаете, все, кто летал, восхищались цветовой гаммой зари, какой она видна из космоса. Я пробовал несколько раз: посажу около себя летавшего и по его подсказке рисую космический восход солнца. Всё получается правильно — по рассказу, а в целом — не то. Попробую теперь с натуры!».

Интересно описан в интервью также момент, когда Леонову предлагали пойти в отряд космонавтов. Долго ему не говорили, что именно он будет делать, но намекали на очень интересную работу. Алексей никак не мог сообразить, что она будет связана с космосом. И поэтому спросил самое главное:

— А жениться можно будет?

— Конечно, можно!

— Ну, тогда всё в порядке.

Советский космонавт Алексей Леонов скончался в Москве в возрасте 85 лет. Об этом стало известно в пятницу, 11 октября. В 1960 году он был зачислен в первый отряд космонавтов вместе с Юрием Гагариным, а в 1965 году стал первым человеком, вышедшим в открытый космос. Подробнее — в галерее «Известий»

Свой первый космический полет Алексей Леонов совершил в 1965 году в качестве второго пилота корабля «Восход-2». Тогда же он стал первым человеком, вышедшим в открытый космос. За пределами корабля он находился чуть больше 12 минут

Советский космонавт во время встречи со знаменитым писателем-фантастом Артуром Кларком в Вене в 1968 году

Алексей Леонов во время выхода в открытый космос

Всего за свою карьеру космонавт совершил два полета, общая длительность которых составила 7 суток и 33 минуты

Алексей Леонов (второй справа) с участниками программы «Союз–Аполлон». В 1975 году космонавт в качестве командира экипажа принял участие в исторической стыковке советского и американского кораблей

Советский космонавт во время визита в Вашингтон, 1974 год

Как рассказала помощница Алексея Леонова, прощание с космонавтом состоится 15 октября, он будет похоронен на Федеральном военном мемориальном кладбище в Мытищах

Привет из космоса

«Сердечный привет читателям «Известий»! Вернувшись из космоса, мы рады сообщить, что задание успешно выполнено! Пользуемся случаем, чтобы поблагодарить всех советских людей за внимание, которое было оказано нам», — эти слова Алексея Леонова и его партнера по полету Павла Беляева были размещены в газете «Известия» за 20 марта.

Но первый номер с большими портретами космонавтов был выпущен еще в день полета — 18 марта. Уже вечером в газете были размещены статьи, фото, стихи, молнии зарубежных агентств, а также интервью с известными космонавтами, которые были взяты еще до отправления.

Вверху большими буквами написано: «Такого еще не бывало! Человек в космосе вышел из корабля! Советские люди открыли новую яркую страницу покорения звездного мира».

Ниже: «Сегодня, 18 марта 1965 года, в 11 часов 30 минут по московскому времени при по­лете космического корабля «Восход-2» впервые осуществлен выход человека из корабля в космическое пространство. На втором витке полета второй пилот летчик-космонавт подполковник Леонов Алексей Архипович в специальном скафандре с автономной системой жизнеобеспечения совершил выход в космическое пространство, удалился от корабля на расстояние до пяти метров, успешно провел комплекс намеченных исследований и наблюдений и благополучно возвратился в корабль. С помощью бортовой телевизионной системы процесс выхода товарища Леонова в космическое пространство, его работа вне корабля и возвращение в корабль передавались на Землю и наблюдались сетью наземных пунктов».

Полет Беляева и Леонова, разумеется, стал одним из самых обсуждаемых событий 1965 года. Что писали о подвиге космонавтов тогдашние «Известия» — в «Известиях» сегодняшних

«Американские информационные агентства АП и ЮПИ прервали свои обычные передачи, чтобы передать как самую срочную новость сообщение о выходе на орбиту советского космического корабля «Восход-2», пилотируемого летчиками-космонавтами Павлом Беляевым и Алексеем Леоновым»

«Человек в космосе вышел из корабля. Миллионы телезрителей видели подвиг Алексея Леонова собственными глазами»

«Всё просто, если не считать того, что человек, которому нужно тепло, нужно давление на все точки тела, нужен кислород, чтобы дышать, окажется там, где царствует смертельный холод, где такая пустота, что всё живое в ней мгновенно гибнет, где нет животворящего кислорода»

«Для того, чтобы совершать межпланетные полеты, человек обязательно должен научиться работать в космическом пространстве. При этом он должен смело покидать космический корабль»

«Формидабле!» («Потрясающе!») — восторженно восклицают кубинцы, говоря о полете советских космонавтов Беляева и Леонова»

«Прошу передать мои личные поздравления космонавтам Павлу Беляеву и Алексею Леонову, а также группе советских ученых и инженеров, которые сделали возможным этот исторический подвиг» (Генеральный секретарь ООН У Тан)

Вторая полоса посвящена приветствиям абсолютно разных людей — поэтов, писателей, рабочих, бывшего инструктора из училища Алексея Леонова, хоккеистов, солиста Большого театра, тбилисского генерала-майора в отставке, львовского председателя колхоза и даже целого города Хабаровска, где народ вышел на улицы радоваться и ликовать.

«Сообщение ТАСС о запуске нового космического экипажа пришло в Хабаровск в тот момент, когда город только что закончил трудовой день. Молодежь толпилась у входа в ки­нотеатр «Гигант», слушая радиорекламу о новых кинофильмах, как вдруг: «Внимание! Говорит Москва!..». Толпа немедленно перемещается к другому динамику, что в 100 метрах от кинотеатра. На лицах любопытство, потом радость и, наконец, восторг. Аплодисменты, смех, обмен мнениями».

ЛЕОНОВ И БЕЛЯЕВ НА ПЕРРОНЕ МОСКОВСКОГО ВОКЗАЛА В ЛЕНИНГРАДЕ, фото Павла Маркина

После возвращения в кабину Леонов вместе с Беляевым продолжал выполнять эксперименты, запланированные программой полета. Но череда трагических случайностей только начиналась. На 13-м витке резко упало давление в баллонах наддува кабины корабля — с 75 до 25 атмосфер. Дальнейшее падение могло привести к полной разгерметизации, но этого удалось избежать.

Спуск корабля по плану должен был проходить в автоматическом режиме. Перед этим было необходимо отсоединить шлюзовую камеру. Экипаж пристегнулся и произвел необходимые действия. Однако при отстреле трубы произошел неожиданно сильный удар, который закрутил корабль в двух плоскостях. Это привело к нерасчетным угловым ускорениям, которые вывели из строя системы ориентации и автоматической стабилизации. В свою очередь, из-за этого не произошло автоматического включения тормозного двигателя.

Корабль было решено сажать вручную. Но тут оказалось, что содержание кислорода в кабине превышено шестикратно. Малейшая искра в контактах могла вызвать пожар и взрыв. Космонавтам повезло: ничего не искрило. Но аварии продолжались: сработал клапан разгерметизации. Повезло снова — Леонов и Беляев были в скафандрах.

19 марта в 11:19, в конце 18-го витка, Беляев вручную включил систему ориентации и ввел в действие тормозную двигательную установку. Он стал первым человеком в мире, которому пришлось сажать космический корабль без помощи автоматики. Беляев практически вслепую вывел «Восход-2» на нужную траекторию. Уточняя точность ориентации корабля, космонавты опоздали с включением двигателя на 45 секунд и еле вписались в посадочное окно. Сам спуск, хотя и проходил в ручном режиме, был практически неуправляемым. О том, чтобы приземлиться в заданном районе, то есть в казахской степи, не могло быть и речи.

При спуске произошло новое ЧП: при расстыковке кабины с двигателем не отсоединился один из тросов, и корабль стал вращаться, как гантель. В конце концов трос сгорел в плотных слоях атмосферы, и на высоте около 7 километров кабина стабилизировалась. В это время произошел отстрел парашюта.

В полутора метрах от земли на спускаемом аппарате сработала система мягкой посадки, выстрелив вниз реактивную струю. Скорость падения снизилась до 2-3 метров в секунду, и 19 марта 1965 года в 12:02 корабль с «Алмазами» на борту плавно приземлился в глухой прикамской тайге.

Реальность подвига

О необходимости работы человека в открытом космосе писал еще Константин Циолковский. В середине 1920-х он размышлял и о скафандрах, и о системе шлюзования. Воплотивший идеи «калужского мечтателя» в жизнь главный конструктор Сергей Королёв понимал, что ничего опаснее, чем выход в открытый космос, в работе космонавтов, пожалуй, нет. Королев считал этот эксперимент основой космической программы на много лет вперед. Человек должен научиться не только выживать, но и действовать в открытом космосе, в том числе — проявлять инициативу в критических ситуациях.

Решиться на это опасное предприятие долгое время не могли ни в СССР, ни в США. Не было ни подходящего скафандра, ни гарантии, что человек сохранит связь с кораблем и благополучно туда вернется.

Главный конструктор Сергей Королев и Мстислав Келдыш

Но советский конструктор был верен своему кредо: превращать фантастику в чертежи, а чертежи — в реальность, о которой торжественно сообщали всему миру наши дикторы — Юрий Левитан и Виктор Балашов.

Уральские морозы

БЕЛЯЕВ И ЛЕОНОВ НА ПЕРВОЙ ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИИ В ПЕРМИ, фото из архива РГАНТД

Приземление оказалось не очень удачным — «Восход-2» зажало между двух деревьев. Крышку выходного люка придавило стволом, который не позволял ей открыться до конца, а запасной люк оказался заклинен намертво. При этом открыть люки космонавты должны были сразу же после посадки, иначе за счет передачи тепла от нагревшегося корпуса внутрь температура в кабине за 10-15 минут поднялась бы до 200 градусов. Но после многократных усилий Леонову и Беляеву всё же удалось открыть люк и выбраться из корабля.

Как выяснилось позже, они приземлились в 180 километрах к северо-западу от Перми, а до ближайшей деревни было 15 километров. При этом место посадки окружал сплошной таежный лес высотой до 20 метров, а глубина снега достигала полутора метров. Вспотевшие космонавты быстро замерзли на уральском морозе. Они набили скафандры содранной со стен кабины обивкой и развели костер.

Сразу же после приземления для поисков корабля в воздух были подняты четыре самолёта «Ан-2» и военные вертолёты. С разных сторон в тайгу ринулись группы лыжников-добровольцев. Позднее даже пришлось создавать специальные отряды для розыска потерявшихся «поисковиков».

20 марта к двум часам дня к «Алмазам» на лыжах дошел глава отряда военных спасателей, которые тем временем вырубали площадку для приземления вертолетов в нескольких километрах от «Восхода». На следующий день все трое вышли к ней, и 21 марта Леонов с Белявым были доставлены в Пермь, где их наконец встретили как героев. Через два дня, выступая на митинге в Москве, Беляев скажет: «Большое впечатление произвели на нас просторы и богатства природы пермского края».

Позже, на государственной комиссии после полета, Леонов сделает самый короткий в истории космонавтики доклад: «В открытом космосе жить и работать можно».

Через десять лет дважды Герой Советского Союза Алексей Леонов снова полетел в космос, на этот раз в качестве командира космического корабля «Союз-19». Его имя носит кратер на Луне, которую он чуть не облетел. Этому помешало свертывание советской лунной программы после того, как обратную сторону спутника Земли увидели американцы. Но это уже совсем другая история.

При написании статьи использованы материалы Российского государственного архива научно-технической документации и сайта «Культурное наследие Прикамья».

На первом же витке полета была надута шлюзовая камера. Оба члена экипажа заняли свои места и облачились в скафандры. На втором витке Леонов перелез в шлюзовую камеру, а командир плотно задраил за ним люк. В 11:28 из «Волги» стравили воздух — время пошло, теперь Леонов был полностью автономен. В 11:32 с пульта управления был открыт наружный люк, через две минуты в 11:34 Леонов покинул шлюз и отправился в открытый космос.

В момент выхода пульс космонавта составлял 164 удара в минуту. Леонов отдалился от корабля на метр, а затем снова вернулся. Тело свободно разворачивалось в пространстве. Через стекло своего шлема он смотрел на проплывающее прямо под ним Черное море, на корабли, плывущие по его темно-синей глади.

Он несколько раз повторил свой маневр отхода и подхода к кораблю, свободно вращаясь и раскинув руки, все это время разговаривая по радиостанции с командиром корабля и наземными службами. Над Волгой Беляев подключил телефон в скафандре Леонова к передачам Московского радио, по которому Левитан читал сообщение ТАСС о выходе человека в открытый космос. В это время весь мир с помощью телетрансляции с камер корабля мог видеть, как Леонов машет рукой всему человечеству прямо из открытого космоса.

Рекордный полет Леонова продолжался 12 минут и 9 секунд.

Приземление в зимний лес

Возникающие нештатные ситуации, к счастью, удачно разрешались, но не заканчивались. Уже при возвращении на Землю не сработала система навигации, и, как следствие, не включилась тормозная двигательная установка. Космонавты вновь должны были преодолевать обстоятельства и вместо запланированной посадки в автоматическом режиме впервые в истории садились вручную.

Тут же выяснились конструктивные недостатки корабля. Начинать торможение возможно было только будучи пристегнутым к креслу, но вот выглянуть в иллюминатор из этого кресла, чтобы оценить положение «Востока-2» относительно Земли было нереально. Как результат — новый план по месту посадки, мастерски реализованный командиром экипажа Павлом Беляевым. Ему удалось отвести корабль от населенных пунктов и приземлится в 180 километрах от Перми, посреди зимнего леса. Ситуацию лучше всего описал сам Алексей Леонов.

Именно после этого случая космонавтов стали готовить, в том числе и к выживанию в зимнем лесу. Только 21 марта космонавтов Беляева и Леонова доставили в Пермь, еще через два дня героев встретила Москва.

Проблемы

Меньше, чем за месяц до полёта Павла Беляева и Алексея Леонова с Байконура стартовала точная беспилотная копия их корабля. Необходимо было протестировать все новые системы, и все шло прекрасно, пока после второго витка «Космос-57» не пропал. Только при расшифровке телеметрии выяснилось, что из-за неправильно распознанных команд с Земли, аппарат начал несанкционированный спуск на Землю, после чего сработала система автоматического подрыва. Точная копия «Восхода-2» взорвалась, многие технологии остались непроверенными. Все это усугублялось немалым количеством проблем, поломок и прочих неприятностей при подготовке к полету.

Доспехи

Первый скафандр для выхода в открытый космос назывался «Беркут» (к слову, все советские и российские скафандры носят имена хищных птиц: «Орлан», «Ястреб», «Сокол», «Кречет»), вместе с ранцем он весил 40 килограмм, что, конечно же, не имеет никакого значения в условиях невесомости, но дает представление о серьезности конструкции. Все системы были максимально простыми, но эффективными. Например, конструкторы решили обойтись без регенерационной установки для экономии места и выдыхаемый углекислый газ выпускался через клапан прямо в открытый космос.

Однако на тот момент в скафандре использовались несколько новейших технологий того времени: экранно-вакуумная изоляция из нескольких слоев металлизированной ткани защищала космонавта от перепадов температуры, а светофильтр на стекле шлема спасал его глаза от яркого солнечного света.

«Беркут» использовался всего один раз во время полета «Восхода-2» экипажем Беляева и Леонова и является на данный момент единственным универсальным скафандром, то есть предназначавшимся как для спасения пилотов при разгерметизации корабля, так и для выходов в открытый космос.

Триумфатор

23 марта их встречала столица. Врачи разрешили героям участие в многолюдных митингах. Леонов любил и умел поговорить, публичности не боялся. «Когда я выходил из шлюза, то ощутил мощный поток света и тепла, напоминающий электросварку. Надо мной было черное небо и яркие немигающие звезды. Солнце представлялось мне как раскаленный огненный диск», — так образно и бойко он рассуждал с трибуны Мавзолея.

Встреча экипажа космического корабля «Восход-2» Алексея Леонова и Павла Беляева в Москве, 23 марта 1965 года

Резонанс этого полета сравним только с гагаринским. Американцы уже несколько месяцев готовились к выходу в открытый космос, но Королёв снова сыграл на опережение. Американский астронавт вышел в «свободный полет» ровно на три месяца позже Леонова.

Автор — заместитель главного редактора журнала «Историк»

Непредвиденные обстоятельства

При подготовке к полету на земле были отработаны 3000 различных аварийных ситуаций и их решений. Но Леонов говорил, что по закону в космосе случится и 3001-ая, и ее тоже нужно будет решить. Так и произошло.

«Я молча, не докладывая на Землю (вот это мое было очень большое нарушение), принимаю решение и сбрасываю давление из скафандра практически в 2 раза, на 0,27 вместо 0,5. И у меня сразу руки встали на место, я смог работать в перчатках».

Но это порождало страшные последствия — из-за падения парциального давления кислорода он попадал в зону закипания азота (, известная у ныряльщиков). А нужно было спешить. Командир корабля Беляев, видя, что тень неумолимо приближается, и в полной темноте и при предельном минусе Леонову уже ничто не сможет помочь, торопил своего пилота.

Тогда Леонов в нарушение всех инструкций сделал последнюю отчаянную попытку — сбросил с помощью клапана давление в скафандре до предельного минимума, втолкнул кинокамеру в шлюз и, развернувшись вперед головой, втянулся внутрь на руках. Это удалось сделать лишь благодаря отличной физической подготовке — измотанный организм отдал последнюю энергию этому усилию. Внутри камеры Леонов с большим трудом развернулся, задраил люк и, наконец, отдал команду выровнять давление. В 11:52 в шлюзовую камеру начал поступать воздух — это и стало окончанием выхода Алексея Леонова в открытый космос.

«Восход» и «Беркут»

Специально для операции «Выход» был разработан космический корабль «Восход-2», и Леонов первым активно «обживал» эту машину на Земле. На корабле была установлена надувная шлюзовая камера «Волга». Именно через нее он и должен был выйти в открытый космос. Тренировки шли на борту реактивного Ту-104 — внутри самолета установили точную копию «Восхода» — и Леонов «выплывал» из нее в условиях искусственной невесомости. Для выхода в открытый космос на предприятии «Звезда» создали мягкий скафандр «Беркут». В ранце размещались три кислородных баллона. После того как Леонов испытал его в космосе, прислушавшись к его замечаниям, ученые создали более совершенную модель, «Ястреб».

Космонавт Алексей Леонов во время передачи в дар Третьяковской галерее своей картины «Алексей Леонов, «Восход-2», 18 марта 1965 года. Первый выход в космос»

Разумеется, всё держалось в строгом секрете. Состав экипажей огласили за два дня до полета: основной — подполковник Павел Беляев (командир корабля) и майор Алексей Леонов (второй пилот, выходящий в космос); запасные — майор Дмитрий Заикин и майор Евгений Хрунов.

Последнее наставление Королева запомнилось Алексею Архиповичу на всю жизнь: «Ты там на рожон не лезь. Не мудри. Просто выйди из корабля, помаши нам рукой и — назад». Сергей Павлович считал, что нужно немного охладить Леонова, который вообще-то любил рискнуть.